Зеркало




10 октября, 2007

Смерть чиновника

- Пошел вон!! - гаркнул вдруг посиневший и затрясшийся генерал.
- Что-с? - спросил шепотом Червяков, млея от ужаса.
- Пошел вон!! - повторил генерал, затопав ногами.
В животе у Червякова что-то оторвалось. Ничего не видя, ничего не слыша, он попятился к двери, вышел на улицу и поплелся... Придя машинально домой, не снимая вицмундира, он лег на диван и ... помер.

Но вдруг... В рассказах часто встречается это “вдруг”. Авторы правы - жизнь, хотя бы и завершаясь смертью, так полна неожиданностей! Но вдруг лицо его, начав было заостряться и бледнеть, порозовело, разгладилось, губы дрогнули, дыхание возобновилось. Глаза приоткрылись...
“Где это я?”- подумал Иван Дмитрич и огляделся. Лежал он у себя дома на диване. Пуговицы вицмундира были расстегнуты до живота, лицо оказалось сильно влажным. Придя в себя окончательно, Червяков увидел рядом испуганную жену. Стоя у дивана с чашкою в руках, жена набирала в рот воды и брызгала на него, тараща нелепым образом глаза.

Червяков вытер ладонью лоб. И тут же остро представилась ему рука с перчаткой, следом - лысина и театр. “Обрызгал я его...” - подумал Червяков “Да что же с того... Пустяк, в сущности. Вздор один... Закон природы... А он меня в смутьяны, в вольнодумцы выставил. Места теперь лишусь, это уж наверное...”
Жена, увидев, что Червяков оправился от неожиданной хвори, успокоилась.
- Уж думала, осталась я вдовой, как увидала тебя на диване. Сходил к Бризжалову-то, или и на этот раз не приняли?

Червяков с тоской посмотрел на жену.
Шёл он однажды зимним вечером в бодром расположении духа по Садовой в Апраксин и остановился неожиданно у одной витрины.
В освещенной витрине висела картина, на которой смазливая дама, обнаживши весьма недурную ногу, надевала башмак. За ее спиной, из соседней комнаты, выглядывал мужчина с эспаньолкой под губой и красивыми бакенбардами.
К витрине, помнится, подошел еще один прохожий, низенький, чуть рябой, в отлично пошитой новехонькой шинели. Постоял задумчиво, посмотрел, усмехнулся вдруг, покачал головой да и пошел себе дальше.
“А картина-то с ч е р в о т о ч и н о й,” - подумал тогда Иван Дмитрич, и так нестерпимо ему захотелось туда, на картину, к красотке и ножке ее очаровательной, чтоб прижаться щекой, что лишь махнул рукой и вздохнул тяжко.

Все это, глядя на жену, Червяков вспомнил с необычайной яркостью, и прежде чем жена успела сказать что-нибудь еще, звонко ударил ее по лицу пухлой ладонью. Лицо жены побледнело, затем покрылось пятнами. Губы скривились.
- Поговори мне еще! - глухо произнес Червяков.

Оставив жену рыдать у дивана, экзекутор выбежал из дома, на ходу застегивая ставший отчего-то тесным вицмундир, и скорым шагом направился через город на Мещанскую, к знакомому немцу, жестяных дел мастеру Шиллеру.

Мыслей никаких в голове не было. Червяков шагал, глядя пустыми глазами перед собой. По лицу его разлилось новое, доселе неизвестное никому из знавших его выражение. Прохожие, большей частью чиновный люд в зеленых мундирах, с опасением отходили в сторону. Титулярные советники, коллежские регистраторы, губернские секретари пугливо оглядывались на него и качали головами.
Проходя мимо какого-то присутственного места, Червяков замедлил шаг, подошел ближе, встал под самыми окнами и прислушался.

- Пойти и сказать! – разорялся дискантом чей-то голос. – Так и сказать ему – у нас своё реноме имеется! Нечего бояться! Чай, не старые времена - в девятнадцатом стлоетии живём, да-с!

Червяков как-то странно, трескуче рассмеялся. “Пошел вон!!” - закрыв собою всю улицу, затрясся над ним лик генерала.
Экзекутор стиснул зубы. “Обрызгал я тебя... Да ведь нечаянно. А хоть бы и нарочно, хоть бы и в насмешку... Выгнал меня, как собаку... Ничто я для тебя. Не человек, а клоп какой-нибудь... Щелкнул - и скинул, думаешь? Шалишь, братец, шалишь... Ну, погоди, фанфарон...”

Так думал Иван Дмитрич, входя темными Казанскими воротами в Мещанскую. Мимо него, едва не задев плечом, пробежал какой-то поручик, весь растрепанный и красный. Бормоча под нос проклятья, поручик свернул за угол.
Червяков отыскал среди запачканных мастерских и убогих лавок нужные ворота, поднялся по узкой темной лестнице и толкнул грязноватую дверь. Войдя в большую комнату с черными стенами и закопченным потолком, Червяков увидел кучу железных винтов, слесарных инструментов и блестящих кофейников, а среди них и самого Шиллера, красного, пьяного и злого. Рядом с ним сидели еще два немца, тоже изрядно под chaufe.

- Еще одна русская свинья пришель целовать мою жену? - заревел Шиллер, подняв на экзекутора бешеные глаза. Немцы угрожающе привстали.
Червяков, поборовши робость, поднял с полу один из инструментов, длинное зубило с темной деревянной ручкой. Кашлянув в кулак, произнес:
- Сядь, сволочь швабская... У меня дело поважнее вашей жены-с имеется...

Шиллер уважительно посмотрел на посетителя. Застегнул верхние пуговицы жилета и сказал что-то по-немецки своим камрадам. Те молча встали и бочком, мелкими шажками обойдя Червякова, вышли на лестницу.
Червяков кашлянул еще раз.
- Смею надеяться, что признали меня, герр Шиллер, - сказал он. - В прошлом месяце самоварчик я приносил. Вы ремонт делали. Помните?
Шиллер неуверенно кивнул.
- По поводу самоварчика не извольте беспокоиться, претензий не имею, - продолжал Червяков. - А вот, герр Шиллер, нет ли у вас для продажи какого оружия, сабли там, или еще чего... Пистолетов не прошу, потому как владению ими не обучен.

Шиллер нагнулся под стол, повозился немного, погрохотал ящиками и выложил перед Червяковым с полдюжины ножей и кинжалов. Ножи были старые, гнутые и неточенные, кинжалы сплошь ржавые, в глубоких зазубринах. Ножны не прилагались.
Червяков покачал головой и посмотрел на Шиллера.
- Ты, вражья морда, кажется, меня не понял, - произнес он и шагнул к столу.

Шиллер испуганно огляделся. “Этот русский - опасный человек,”- подумал он и сказал, дохнув на Червякова спиртными парами:
- Для какой цели вы желаете купить оружий? Плац-парад или коллекционировать?
Червяков подумал немного, и не выдумал ничего, кроме правды:
- Кабана завалить надо. В генеральском чине который, - сказал он просто.
Услышав такие слова, Шиллер неожиданно вскочил и бросился вон из комнаты. “Донесет, подлец, как пить дать, донесет,” - оставшись один, равнодушно подумал Червяков и сел на табуретку.

Ждать оказалось недолго.
Шиллер вернулся, к удивлению Червякова, один, важный и таинственный, прижимая к груди продолговатый сверток.
- Я швабский немец! Мой дядя живет не где-нибудь, а в Нюренберге! Я живу здесь восемь лет и ненавижу русский офицер! Я немец, а не русская свинья, я не целовать чужая жена, как этот швайн-поручик!
“Не тот ли, что чуть не сшиб меня?.. Бежал, словно его высечь хотели...” – рассеяно подумал Червяков.

- Ты хочешь убить генераль? - Шиллер вопросительно посмотрел на Червяков.
Червяков не ответил.
- Вот! - Шиллер торжественно развернул материю и на стол с глухим стуком выпал хищно блеснувший кинжал с гладкой массивной рукояткой, чуть сужающейся у навершия и перекрестья. Вдоль широкого полотна шла остробуквенная готическая надпись. В срединной части рукоятки распластал крылья римский орел, сжимающий в лапах косолапого паука. Над орлиной головой Червяков разглядел две крохотные молнии, заключенные в круг.
- Немецкая работа! Мы, немцы, толк в этом знаем. Был человек, и - фук! - Шиллер дунул в потолок. - Нет человек! К сожалению, ножны еще не готовы. “Майн эхр гейст трэуэ,” - поднеся клинок к глазам, жарким шепотом прочитал жестянщик и протянул кинжал экзекутору.

- Ты храбрый человек, - сказал Шиллер, внимательно разглядывая Червякова. Глаза жестянщика были чистыми и ясными, взгляд спокоен и тверд, словно он и не пил вовсе. - Вещь эта очень дорогой, ты не сможешь купить. Я сам не знаю, сколько это стоит.
- За деньгами дело не встанет. Мне решительно всё равно, какая цена, - ответил Червяков, взвешивая оружие в ладони.

С удивлением он отметил высокий тонус мускулов плеча и руки, и поначалу смутное, потом всё более ощутимое и настойчивое желание сильным и резким ударом вогнать клинок в чью-либо плоть до упора, провернуть, пропахать, распороть... На плавно изогнутом упоре экзекутор разглядел гравировку из четырех непонятных ему значков:

Червякову на миг показалось, что таинственные значки вспыхнули слабым рубиновым светом. Он вгляделся пристальней, но кроме чёрных штрихов, не заметил более ничего.
Шиллер, проследив за его взглядом, встал и прошелся по комнате.
- Это руны. Эйф, опфер, тюр и вольфсангель. Со временем ты узнаешь, что они означают. Каждая из них обладает глубоким смыслом и невиданной силой. Знание изменит в корне твою жизнь. Что же касается денег, то я не возьму их с тебя, - жестянщик поднял ладонь. - Порыв духа выше материи. Иди и сделай так, как велит тебе голос божественной воли. Голос этот звучит внутри тебя. Прислушайся к нему. Он знает путь, по которому тебе суждено идти. Этот путь и есть твоя судьба.

Шиллер вышагивал по комнате, чеканя слова. Червяков вложил кинжал в рукав мундира, чувствуя, как острие покалывает локтевой сгиб и как согревается от тепла его руки стальное тело клинка.

Скрипнув сапогами, Шиллер остановился. Опёрся длинными, напряжёнными, вовсе не мастеровому принадлежащими пальцами о стол. Пригнулся к лицу Червякова, сузив серо-стальные глаза:
- Какова твоя цель?
- Отстоять свою честь! - не колеблясь, ответил Червяков. Ему показалось, кинжал шевельнулся в рукаве вицмундира.
Шиллер удовлетворённо кивнул.

- Свободному человеку необходима честь. Без неё он не чувствует себя полноценным. Знаешь ли ты, в чём состоит твоя честь? Лишь в том, каким ты видишь себя сам. Сносящий оскорбление, кем бы он не был, лишается своего достоинства. Терпеть насмешки, побои, страдать и унижаться способен самый жалкий, самый ничтожный раб. Это по силе даже собаке. Для этого не нужна воля. Воля нужна для удара в ответ.

Шиллер сделал ладонью рубящий жест.

- Пренебрежение и несправедливость, которые нам приходится терпеть от людей, нас превосходящих, озлобляют наши сердца. Мы не можем отплатить им той же монетой. Но мы можем нанести им свой удар, и он окажется для них жестоким и сокрушительным. В очищающем пламени гнева человек обретает святость. Причинив боль и страдание, мы восстановим справедливость замысла творца. Бесплодная рефлексия сменяется наступательным действием. Штурм! Бесстрашие! Ненависть! Уверенность в своих силах и своей правоте! Знание истины! Вера в идеал!

Лоб Шиллера покрылся бусинками пота. Брови сдвинулись к переносице. Он вновь зашагал вдоль стола.
- Всё это дают мужчине оружие и честь. Вооружённый ими мужчина преображается. Его смиренный некогда дух расправляет затёкшие крылья, сердце его бьётся сильно и радостно, кровь оживает, мышцы твердеют и жаждут работы. Мужчина становится уверенным и сильным. Взгляни на него – теперь это рыцарь божьего гнева. Послушай себя и иди! Не думай ни о чём, и не бойся! Лишь следуй своей воле. Ступай! - Шиллер опустился на стул и его неожиданно развезло.

По комнате расплылся терпко-сладкий запах перегара. Жестянщик икнул, расстегнул ворот красного жилета и удивлённо посмотрел на Червякова.
- Вас волен зи ду? - заплетаясь языком, поинтересовался жестянщик, полуприкрыв водянисто-голубые глаза.
Взгляд его потух, веки тяжело набрякли.
- Как ви вошёль сюда?
Червяков, не ответив, вышел.

***
К дому статского генерала Бризжалова Червяков подошёл вовремя. Бризжалов как раз усаживался в карету, закинув ногу на подножку и держась за поручень.
- Ваше-ство! - окликнул его Червяков.
Генерал обернулся и лицо его исказилось.
- Виноват, - обратился к нему Червяков, подойдя вплотную. - Могу ли я вас обеспокоить на одну минуту...
Генерал открыл было рот, готовый разразиться проклятьями, но вместо этого охнул и тоненько закричал, глядя на спину убегавшего Червякова. В животе его что-то оторвалось. Нутро пронзила такая боль, что генерал рухнул у колеса кареты и заскрёб ногами по земле, захватывая ртом воздух. Лилово-красными комками выпали генеральские внутренности. Всё вокруг пожелтело и померкло. Генерал вздохнул несколько раз и... помер.

Кирзач

Posted by at        
« Туды | Навигация | Сюды »






Советуем так же посмотреть

Комментарии
Perkin
10.10.07 10:07

сдается мне что это гавнопост

 
Тёмка
10.10.07 10:12
"Perkin" писал:
сдается мне что это гавнопост

Такая же хуйня...

 
Perkin
10.10.07 10:12

думаю это больше для любителей классики
не для меня!

 
Сцукомама
10.10.07 10:13

третий сцуко . не четал и не буду

 
Dok
10.10.07 10:19

Вовка, ты охуел классиков копипастить???? Шозаептваюмать?

 
агахуйвам
10.10.07 10:22

сиквел на классику.
к сожалению афтор не владеет классичиским слогом.
Но прочитал, думал Червяков чё нить замутит, а всё кончилось банальной поножовщиной.
Ожидаю расскрытия "Шенели", тем более персанаж мелькал в эпизодах.

 

10.10.07 10:24

здраствуйте! что пишут?

size 62Kb
 
Arma
10.10.07 10:26

"Буквицы сии зело многочисленны, при том тяжек труд разбирать."

 
Мышь серая
10.10.07 10:29

А вот окончание: пришел этот кадр-убийца домой отдал жене помыть ножик, а она этим ножиком уши-то ему и отрезала, а нехер бить жену, унижать и т.д.

 
Фима
10.10.07 10:29

Написано неплохо, есть мысля, но, в целом, - спорно, и тема чести раскрыта бестолково.

 
GoblinTatar
10.10.07 10:30

ахуительнозачет!

 
Гармаев
10.10.07 11:01

Куца как то.. канец тупой немного... в целам зачод
Не ожидал здесь падобнаго

 
Гармаев
10.10.07 11:10

"С удивлением он отметил высокий тонус мускулов плеча и руки.." - да, кстати, эта фраза выпадает из общего стиля и потом похожий рассказ был у какого то классика, у Чехова А.П. штоле

 

10.10.07 11:20

Буквицы сии зело многочисленны, при том тяжек труд разбирать.

 
Dreher
10.10.07 11:25

мля техника до чего дошла - какие то артефактные руны в тексте. не четил, хотя судя по камментам мона

 

10.10.07 11:33

Тьма буквиц!

 
WHEEL NUT
10.10.07 11:56

канцофка тупая, а так ничо, аффтар мог бы набредить цэлый роман в духе тех цветных книжэк какие в метро за 49-99 продаются - "Червяков - герой галактеки"

 
ocean
10.10.07 12:24

“Майн эхр гейст трэуэ,”
Бу-гога!
Майне эре хайст тройе! Аффтар, учи швабский!

 
alex
10.10.07 14:06

атстой

 
гость
10.10.07 14:13
"Мышь серая" писал:
А вот окончание: пришел этот кадр-убийца домой отдал жене помыть ножик, а она этим ножиком уши-то ему и отрезала, а нехер бить жену, унижать и т.д.
Какая кровожаднайа мыжжь. Представляю, какие озверевшие тогда хомячки.
 
Cowboy
10.10.07 14:15

эх классику перевирают.. смешали 2 произведения. суть произведения - тварь я дрожащая или право имею. ну экзекутор то право и поимел. а вообще - нехуй соплями в тятрах раскидываться - ибо моветон и суть хамство.

 
Cowboy
10.10.07 14:17

эх классику перевирают.. смешали 2 произведения. суть произведения - тварь я дрожащая или право имею. ну экзекутор то право и поимел. а вообще - нехуй соплями в тятрах раскидываться - ибо моветон и суть хамство.

 
гость
10.10.07 14:23
"Мышь серая" писал:
А вот окончание: пришел этот кадр-убийца домой отдал жене помыть ножик, а она этим ножиком уши-то ему и отрезала, а нехер бить жену, унижать и т.д.
Какая кровожаднайа мыжжь. Представляю, какие озверевшие тогда хомячки.
 

10.10.07 14:55

neoxot5a

 
Azrael
10.10.07 15:07

Тетраграмма на клинке расшифровывается примерно так:
"С несокрушимой уверенностью в собственной правоте, готовностью умереть за свое дело, под защитой и водительством Тора, следуй независимо и гордо."
Тема благодатная, из нее можно было сделать забойный мистический боевик. Аффтар отрубил креативу хвось по самы уши.
За идею - зачот, за лень - страпон.

 
gast
10.10.07 23:17

Falling Down + типа Достоевский

 
George
11.10.07 02:21

Very ,I mean very interesting! And it's very creative. I wish I could to socialize with an author. Amazing!

 
Ls
11.10.07 13:03

Читайте "КИРЗУ" этого автора - шедевр.

 


Последние посты:

Девушка дня
Итоги дня
Пойми ее, если сможешь: как читать между строк при общении с девушкой
Страшная тайна отечественной мультпликации
Основной признак гулящей жены
Советы по экономии, которые не работают
Можно ли ударить чужого ребенка?
Павел Воля о мужчинах
С каким-то — не значит с любым
Как Леонид Броневой Мюллером стал


Случайные посты:

Сауна на колесах на базе "ГАЗели"
Итоги дня
Кошмарная еда нашего детства, от которой даже взрослым становится плохо
Про цензуру в КВН
10 кошмаров, которые пришлось пережить каждому советскому ребенку
16 вещей, которые женщина никогда не простит мужчине
Любовь к девчонкам
Веселая поездка
Итоги дня
Женская солидарность