Зеркало




12 января, 2009

Ножницы

Третье сентября. Понедельник. Сегодня третий день осени подходит к концу. Необыкновенно тёплые дни. Вечер. За высоким зарешёченным окном, где то там, чуть справа – луна. Её не видно, но она точно там. Её свет, проникая через небольшое окошко, освещает пустую стену, угол железной кровати с коваными шишками и край дубового стола. На столе чернильница, перо и несколько чистых листов бумаги. Писать нет ни сил, ни желания. Всё что она хотела сказать, она уже сказала. И с её слов всё записал лично товарищ Мальков. Три дня бесконечных допросов. Сколько можно? Скорее бы уже…

В коридоре за дверью послышались шаги, сначала совсем тихо, затем всё громче и громче,… восемь,… двенадцать, тринадцать,… ровно двадцать два. Наконец, шаги замерли под дверью. Открылось небольшое окошко, на уровне глаз. Кто-то из коридора вглядывался в полумрак камеры. Секунду спустя в замке лязгнул ключ, и скрипнули давно не смазываемые петли, массивной металлической двери.

-Каплан, на выход! – Услышала Фанни голос коменданта. Она послушно встала с табурета, накинула на плечи старенькое пальто, и опустив взгляд в каменный пол, проскользнула за приоткрытую дверь.

- Куда меня? Опять на допрос? – Спросила она, следуя между двумя вооруженными охранниками.

- Скоро узнаешь. – Раздался сзади недружелюбный голос коменданта Красной Крепости.

Ещё двадцать два шага по коридору, затем пять ступеней вверх по лестнице, снова коридор, уже не такой мрачный и полутёмный, а освещаемый на всём протяжении электрическими светильниками в виде матовых сфер. Зелёная ковровая дорожка гасила звуки шагов. Первый охранник распахнул створку высокой парадной двери, и все четверо оказались в небольшом слабоосвещенном дворике. Прямо перед выходом из здания стоял автомобиль с работающим двигателем. За рулём сидел совершенно безучастный водитель. Он даже не повернул головы, когда четыре силуэта вышли из дома. Мальков сел на переднее сидение рядом с водителем, а Фанни позади, между двух охранников. Мальков, ничего не говоря, махнул рукой, указывая направление движения, и автомобиль плавно тронулся с места.

- Так куда мы едем? – Снова поинтересовалась Каплан. Никто ей не ответил. Автомобиль свернул за угол и закружил по крепостным дворикам. Путешествие оказалось недолгим. Через пять минут автомобиль притормозил перед невзрачным двухэтажным строением из красного кирпича.

- Выходи. – Скомандовал Мальков. Один из охранников помог Каплан выйти из машины, а другой тем временем, уже занял место перед входной дверью. Мальков подошёл вплотную к Фанни, мягко положил ей руку на плечо, и заискивающе заглянув в глаза, тихо произнёс:

- С вами хочет поговорить ОН.

Каплан вздрогнула, и подняв глаза, посмотрела на коменданта Крепости. Наконец, справившись с волнением, она спросила:

- А разве… он жив? Вождь – жив?

- Вождь – жив! – Светясь счастьем произнёс Мальков, и смахнул со щеки скупую мужскую слезу.

- Но я не могла,… не могла промахнуться. Да, я плохо вижу,… может быть. У меня тряслись руки, я волновалась… я… тем более, с такого расстояния. Почти в упор… - забормотала Фанни, но Мальков приложил указательный палец к её губам.

- Вы и не стреляли. Ваш пистолет был заряжен холостыми патронами.

-Не может быть.

- Может. Вы недооцениваете ОГПУ, моя милая. Не стоит так переживать по пустякам. Соберитесь и следуйте за мной.

Снова коридор, точь-в-точь как тот, по которому они шли несколько минут назад. Те же плафоны на стенах. Вот только ковровая дорожка не зелёная, а красная. Мальков остановился перед одной из дверей, и негромко постучался. Затем, слегка приоткрыв её, заглянул внутрь и спросил полушепотом:

- Можно?

- Да. Да, конечно, товарищ. – Послышался из-за двери знакомый, слегка картавый голос. – Я уже заждался вас, батенька. Что так долго?

- Извините…. Мне не сразу доложили…. Я…

- Полно, полно, мой дорогой. Пусть войдёт.

Мальков посторонился, согнулся в полупоклоне, и указав на приоткрытую дверь, произнёс:

- Прошу вас.

- Благодарю. – Ответила Фанни и шагнула за дверь.

Войдя в комнату, в первую очередь, Каплан почувствовала приятный и еле уловимый аромат гашиша. В помещении царил полумрак, пожалуй, ещё больший, чем в её недавней темнице. Постепенно глаза привыкли к темноте, и Фанни Каплан разглядела всю комнату до мельчайших подробностей. В общем-то, подробностей было не так уж и много. Абсолютно голые стены, сервант старинной работы, заставленный хрусталём, да тяжелые золочёные портьеры на окнах. По центру просторной комнаты лежало несколько персидских ковров, небрежно брошенных друг на друга, и несколько парчовых пуфиков и подушек, необыкновенно красивой и виртуозной работы. Посреди всего этого великолепия полулежал Великий Вождь Мирового Планктона. На его плечи был накинут красный китайский халат, расшитый золотыми драконами, из-под которого была видна знакомая темно-серая жилетка белая сорочка, и синий галстук в белый горох. Рядом с Вождём дымился кальян, который, по всей видимости, и источал тот самый аромат, который почувствовала гостья в первую минуту.

- Проходите, милая. Располагайтесь. – Пригласил Вождь и сопроводил свои слова характерным жестом.

- Благодарю. Я постою. – Ответила гостья.

- Зря вы так. Политик должен уметь проигрывать достойно. Такие как вы…

- Такие как я никогда не пойдут на поводу у своры безмозглых политиканов, жаждущих крови, наживы и насилия.

- Ну, дорогая моя, этак мы с вами далеко зайдём. – Беззлобно произнёс собеседник, но судя по тому, что при этом он усиленно начал картавить, было видно, что он явно взволнован.

На время повисло неловкое молчание. Вождь потянулся за мундштуком, затянулся, и уголь я на кальяне, засветились зловещими и таинственными огоньками. Каплан не отрываясь смотрела на уголья, представляя, что вот так же и жизнь её зависит от желания вождя. Или она погибнет и угаснет, превратившись в пепел, или вспыхнет таким вот ярким огнём. Наконец она перевела взгляд на Вождя. Всё это время, он внимательно изучал её лицо, а затем произнёс:

- Послушай, Фейга…

- Не называй меня так.

- А как? Хочешь, я буду называть тебя Фиалкой. Как раньше. Помнишь?

- Я ничего не помню. Слишком много воды утекло. Сегодня мы по разные стороны баррикад.

- Не лги мне. Скажи, ты это сделала из-за Наденьки? Не мешай сюда политику, Фанни. Признайся, из-за неё, ведь так?

Каплан дёрнула плечом. Упоминание о Надежде К. явно причинило ей боль. Вождь помолчал с минуту, и заговорил снова:

- Надежда - мой друг. Единственный человек в моём окружении, которому я могу доверять. Который…

- Который наградил тебя сифилисом. – Закончила фразу Каплан. – Боже, я буквально испытала эйфорию, оргазм, если хочешь, когда узнала. Иного и быть не могло. А я? Я, которая верой и правдой добивалась тебя? Твоей любви. Ты растоптал мои чувства, умчался с этой сучкой в Европу. И после всего – она твой верный и единственный друг! Поистине, ты лицемер Володя.

- Но не она стреляла в меня, правда?

- Она не была доведена до отчаяния, так как я. Она была рядом с тобой всё это время. Вы бок обок вели классовую борьбу…

- Прекрати! Слышишь, прекрати. – Вождь отбросил мундштук и вскочил с ковра. Он бросился к Фанни, по пути зацепив кальян полой халата. Кальян покачнулся, и потеряв равновесие, упал на пол, расплескав по паркету тысячи красновато-жёлтых огней. Не обращая внимания на рассыпавшийся уголь, уничтожающий дорогой паркет, Великий Вождь подошёл вплотную к Каплан и обнял её за плечи.

- Ты же знаешь, всё что я делал – это для тебя, только для тебя. Ты же сама отступилась.

- Учредительное собрание. Ты же мне обещал… я поверила тебе, Володя… - Каплан вяло попыталась отстраниться.

- Я ничего не обещал, мне было сложно бороться, ты же помнишь. Да и Наденька была против.

В приоткрывшуюся дверь просунулась голова Малькова:

- У вас всё в порядке, товарищ Великий Вождь? Я услышал шум,… ну и подумал…

- У нас всё в порядке, товарищ. Небольшие политические разногласия. Закройте пожалуйста дверь.

Дверь закрылась, и Вождь снова взглянул в лицо Фанни, которое исказилось гримасой сарказма:

- Небольшие разногласия? Вот как ты это называешь? Даже тут ты лицемеришь. «Всё для тебя». «Всё что я сделал – это тебе». А живёшь с ней! И спишь с ней в одной постели! Отпусти меня!

Великий Вождь Планктона убрал руки с плеч Фанни, склонил подбородок на свою жилетку и прикрыл ладонями глаза. Плечи его судорожно затряслись, он отступил на пару шагов назад и присел на парчовый пуфик. Ничто так не будоражит сердце любимой, как вид плачущего рядом мужчины. Мужчины, который одним своим словом, одним лишь жестом руки, способен отправить на смерть миллионы верящих в его идеи людей. И сердце Каплан смягчилось. Она подошла к Вождю Мирового Планктона, опустилась перед ним на колени, и коснулась своими руками его брючного ремня. Вождь откинулся на ковёр, продолжая беззвучно рыдать. Не забыв правда, приподнять свою задницу, чтобы Фанни было удобнее стащить с него брюки. Он прекратил плакать, или делать вид, что плачет, лишь в ту секунду, когда его эрегированный член не обхватили влажные и тёплые губы Фанни. После нескольких фрикций, Каплан начала действовать рукой. Вождю нравился этот приём. Он всегда любил смену ритма, темпа и напора. Как в любви, так и в политике.

- Ты обещаешь мне учредительное собрание, милый? – Услышал он бархатный голос своей возлюбленной.

- Всё что угодно, дорогая. – Прокартавил Вождь и обильно кончил в рот Фани. Каплан сглотнула, ещё раз провела я зыком по члену Вождя, и тихо спросила:

- Ты уйдешь от неё?

- Я сделаю все, что ты хочешь. Только скажи мне… скажи правду.

- Что ты хочешь услышать. – Спросила Каплан, вытирая батистовым платком остатки спермы с воротника своей кофточки.

- Это из-за неё? Ты стреляла в меня из-за Наденьки?

- Какое это имеет значение, Володя? Хотя… политика – это недостаточное основание для убийства. Это моё личное мнение.

Вождь приподнялся на локтях и пристально посмотрел в глаза Фанни.

- Ты действительно так думаешь?

- Я, прежде всего, женщина, Володенька. Всего лишь. И у меня свои средства для достижения результатов. Как личных, так и политических.

Вождь встал, натянул брюки, застегнул брючный ремень и поправил на плечах халат. Затем, засунув большие пальцы рук за отвороты жилетки, он качнулся на каблуках, и высоко задрав вверх бородку, сказал:

- Думаю, что при таком отношении к делу мы не сможем прийти к общему и обоюдному решению вопроса. Революции, моя дорогая, не делаются в белых перчатках. Да-с!

И мельком взглянув на сидящую на коврах женщину, он вышел за дверь.

***

- Товарищ Мальков. Дорогой вы мой товарищ Мальков! Думаю, что не нужно вам говорить в какое тревожное время мы живём. Тяжёлое и неспокойное для всех нас. И то, что среди наших бывших товарищей происходит подобный разброд и шатания, это вдвойне,… втройне опасно для дела Революции. – Произнёс Вождь скороговоркой, в конце монолога выставив левую ногу вперёд и указав рукой с открытой ладонью на коридорный светильник. Да-с!

- Да-с! – Повторил за Великим Вождём комендант Красной Крепости.

- Непримиримый, коварный враг притаился и не дремлет, готовясь ужалить нас в самое сокровенное… – Вождь взглянул на свою не застёгнутую ширинку. - Да-с... сокровенное место. И мы должны ответить террором на террор! Вы понимаете?

Мальков закивал головой:

- Конечно,… я… я всегда готов… любой приказ партии… вы же знаете… я…

- Так выполняйте. А мне нужно работать. Очень много работы знаете ли.… Да. У всех нас очень, очень много работы.

***

В приоткрытую дверь просунулась голова коменданта. Он не сразу заметил Фанни, сидящую на коврах:

- Каплан, на выход!

В который уже раз за сегодня? Второй? Третий? Женщина поднялась и направилась к двери. Они прошли по красной ковровой дорожке, между двух рядов светящихся полусфер, и вышли во двор. Автомобиля перед домом уже не было, зато появилась железная бочка. Каплан успела сделать лишь несколько шагов, когда за спиной раздался приглушенный звук взводимого затвора. Барабан послушно провернулся и палец Малькова с революционной непримиримостью нажал на спусковой крючок…

***

- Хоронить не велено. Велено сжечь. Всё понятно? Выполнять! – Громко скомандовал Мальков и закурил.

Двое охранников приподняли тело Фанни с брусчатки и опустили в железную бочку головой вниз. Затем облили его керосином и подожгли. Пламя на миг озарило небольшой дворик, а затем весело заплясало в жерле бочки, из которого торчали две маленькие женские ножки. Они то сгибались, то снова выпрямлялись под действием высокой температуры. Со стороны казалось, что находящийся в бочке человек, исполняет какой-то странный, ритуальный танец стоя на руках. Мальков задумчиво курил и смотрел на горящую бочку, и на двигающиеся в огне ноги. Затем смачно сплюнул на землю, и обращаясь к охранникам, сказал:

- Ботинки надо было снять. Закоптите весь двор, черти. Да поздно уже, куда ты в огонь то?

***

Великий вождь писал. Писал самозабвенно и быстро. Так быстро, как только могли позволить ему его натренированные пальцы. Пока не почувствовал, как в форточку, вместе с первым холодным осенним воздухом не потянулся едкий дым с улицы. Он потянул носом, поморщился, встал из-за стола и подошёл к окну. Дворик, хорошо просматривающийся из окна его кабинета, имел какой-то предпраздничный, рождественский вид. Блики живого огня то тут, то там, озаряли тёмные стёкла соседних домов. По стенам, по брусчатке и по водостокам плясали тени, пересекаясь в своём сказочном танце, с бликами огня. А внизу, прямо по центру двора, искрилось синеватое пламя, а вокруг него, резвились трое скоморохов, соревнуясь друг с другом; кто из них сможет вытащить из огня горящую головню, да побольше…

Вождь прикрыл форточку, в последний раз оглядел двор и глубоко вздохнул. Затем сел за стол, и обращаясь к какому то, одному ему известному собеседнику, задумчиво произнёс, свернув ладонь в смачную дулю:

- Хуй тебе в рот, а не Учредительное собрание, сучка!

2008 vpr

Posted by at        
« Туды | Навигация | Сюды »






Советуем так же посмотреть

Комментарии
ASD
12.01.09 13:14

тута

 
Perkin Zelenograd
12.01.09 13:15

многа букв

 
Basil
12.01.09 13:18
"Perkin Zelenograd" писал:
многа букв
солидарен
 
йазвочко
12.01.09 13:19

боюсь у мя пол обеда уйдёт на прочтение..

 
бук
12.01.09 14:45

вот оно значится,как было,товаГищи!ай,да ленин,ай,да сукин сын!)))))

 
Джастэбоб
12.01.09 15:57

Учредителные собрания Колчак любил расстреливать. Вождь то их только разгонял. Но теперь, похоже, это и не важно...

 

13.01.09 08:22

кг/aм. отсоси у себя, урод.

 

14.01.09 10:28

А почему "Ножницы" ?

 


Последние посты:

Девушка дня
Итоги дня
Чуть до греха не довёл
На заметку парням
Мошенников все больше
Когда самодельная реклама лучше той, что по телеку
Сколько зарабатывает московский водитель Яндекс такси
Нативная реклама
Воля старших, наследство и любовь
Девушки, которым скучно на работе


Случайные посты:

Вот почему я больше не уступаю женщинам место в транспорте
Момент начала пожара
Почему у нас все плохо с дизайном
10 минусов жизни в Испании. Мнение россиянки
Про словоблудие и суеверия
Как я насадилась на говняной крючок
Старый знакомый
Выставка, где можно влезть в «чужую кожу»
На что живут автозаправщики
Когда знаешь толк в развлечениях