Зеркало




28 июля, 2009

Алмаз огранённый

- Господа, господа! — молодой корнет подозвал своих товарищей-гусар. — Я предлагаю вам одно развлечение: здесь недалеко находится салон некой гадалки мадам Ленорман. Давайте сходим к ней и судьбу испытаем.
- Полно Вам, корнет! Это всё ересь. Неужто нам, православным, стоит верить какой-то католичке-прорицательнице? - подчёркнуто-скептически бросил поручик Лунин.
- Не-не-не, Михаил, идёмте. Это должно быть интересно, - поддержал корнета прапорщик. - Я слышал, что она даже самому Буонопарту предсказала бурный взлёт и быстрое падение. Раз тут она не ошиблась, может и наши судьбы предсказать сможет.

- Входите, - на французском произнёс мягкий, но властный голос за ширмой. Первым решился корнет.
- Ваша жизнь — алмаз огранённый. Яркая жизнь. Но короток век и любовь коротка, - мадам смотрела в хрустальный шар и шептала непонятные слова. Корнету пришлось даже наклониться к ней, чтобы разобрать в её шёпоте хоть крупицы фраз. Но кроме слов об алмазе ничего корнет так и не разобрал.

Следующим вошёл поручик.
- Верёвка на шее твоей. Повешен будешь ты за голову свою светлую.
- Вы что-то путаете, мадам. Я не англичанин, а русский. У нас не вешают, а расстреливают, - усмехнулся Лунин.
- Верёвка на твоей шее православной вместо креста, - добавила Ленорман, оторвав глаза от кристально чистого шара. - Верёвка.
- Ну, спасибо вам. Пожалуй, пойду я, - встал из-за стола Лунин и позвал прапорщика, - Пал Ваныч, Ваша очередь смотреть судьбе в глаза.


- Верёвка, верёвка на шее твоей протестантской.
- Откуда вы узнали, что я лютеранин? Это они, - махнул прапорщик, - они рассказали?
- Судьба твоя давно написана, и я лишь прочитала её. Ты — каменщик, и строительство твоё не принесёт ни тебе, ни остальным счастья.
- Позвольте, но я знатного рода. Какой из меня каменщик? - возмутился прапорщик.
- Камни твои — это люди. И разбросаны они по свету будут. А тебя не будет с ними.
- Бред какой-то, - он встал и швырнул пару золотых монет на стол. — Держите, хотя вы своими сказками не заслужили и этого.


- Действительно, горе от ума, - рассмеялся корнет. - Такая слава о ней ходила, а она — обычная шарлатанка.
- Александр Сергеевич, вы оригинал! Такое развлечение нам подсунули, что даже мурашки по коже пробежали. Прям не знаю, верить или нет, - поёжился поручик.
- Неужто вы восприняли эту чушь за чистую монету, господа? - прапорщик сплюнул в сторону дома мадам. - Идёмте отсюда.
- Здесь недалеко есть кабак, перекусим быстро. Или по-французски — быстрО, ха-ха-ха!
Лишь поручику было не по себе от слов гадалки Ленорман.
- Перестаньте зубоскалить, корнет, - приструнил его Лунин.
- Скорей - скалозубить, - переправил его Александр.

***


- Какие люди! Александр свет Сергеевич! - бывший поручик, а ныне уже полковник, горячо обнял давнего друга.
- Павел Иванович! Какими судьбами вы в стольном граде? - поправил статский советник съехавшие от крепких объятий очки.
- Да вот, переведён полковником... Получил благословение от самого государя!
- Иди ж ты! А я в Тифлис направлен! Секретарём при дипчасти! Только вот назначение получил. Будет время вольного много, хоть завершу свою книгу.
- И что за книга? Небось про лихую кавалерию?
- Да так, стихи... - смутился Александр Сергеевич.
- Подражаем этому поэтишке Пушкину?
- Отчего же подражая? Я с ним знаком довольно тесно. И поэт он просто замечательный, - вступился за друга новоиспечённый секретарь.
- Да ладно, ладно, шучу я. Кстати, слышали хохму? — попытался разрядить напряжение полковник. - Лунин-то в католики подался! Видать та гадалка хорошо ему в голову засела. А твоё предсказание сбылось? Что там с алмазом?
- Нет никакого алмаза пока. Может в Тифлисе найду, - усмехнулся Александр Сергеевич.
- Ну-ну. А у меня кое-что сбылось. Но говорить не могу — тайна сие есть, - и полковник подмигнул.

***


Январское утро холодным дыханием проникло под пальто.
- Проходи, проходи, - жандарм слегка толкнул Александра Сергеевича в спину. Арестованный секретарь оглянулся на этого держиморду и вошёл в еле отапливаемый коридор допросного отделения.

- Итак, вы утверждаете, что не знаете о том, что замышляли ваши друзья? - тайный советник пристально смотрел на статского советника.
- Увы, знал лишь, что они хотели изменить Россию к лучшему. Но что это будет так — против императора...
- Да-да-да, вот такая оказия. На самого царя-батюшку! - затараторил тайный и резко встал. - Мы-то знаем, что вы-то не причём. Мы-то знаем. А вот в там, - он указал указательным пальцем вверх, - сомневаются. Сейчас к поэтам подозрительно относятся. Особенно к вашему тёзке. Да ещё и ваш опус, как там? - советник попытался вспомнить, но название в голову не приходило. - Сатира на дворянство? Не слишком ли вы глубоко взяли, а?
- Позвольте, ваше сиятельство, Пётр Васильевич, что же вы такое говорите? Я же не дворян высмеивал, а дурные нравы, царящие там. Да и не закончил я её — это не окончательная редакция.
- Да я-то знаю. Кстати, мне это пасквиль рекомендовали прочитать. Я смеялся как дитя! Слёзы текли! Сильно вы, сильно, - светлейший князь Пётр Лопухин вытер уголок глаза. - Ладно, вы свободны. Обвинения в связи с декабристами с вас сняты.

***


Разжалованный полковник Павел Иванович Пестель вышел на мокрую от недавнего летнего дождя землю и посмотрел в серое питерское небо. Он уже знал, что арестованного в апреле Лунина отправили на пожизненную каторгу.
- Хитёр, каналья, - подумал Пестель. - Хитро он судьбу обманул.

Расстрельного взвода не было. Впереди стоял эшафот с уродливой буквой Г. Это была виселица.
— Ужели мы не заслужили лучшей смерти? Кажется, мы никогда не отвращали чела своего ни от пуль, ни от ядер. Можно бы было нас и расстрелять...
Это были последние слова декабриста.

***


- Пестель казнён, Лунин на каторге, а моего алмаза так и нет, - думал Александр Сергеевич, сидя в экипаже, который вёз его по булыжным мостовым Тифлиса. Рядом сидел встречавший его у поезда адъютант.
- Александр Сергеевич, я слышал, Вы поэт? - попытался первым заговорить адъютант.
- Да-да, - рассеянно произнёс статский советник.
- Сейчас в Тифлисе гостит князь Александр Чавчавадзе с дочерью Нине. У них сегодня приём и они бы с радостью приняли Вас.
- Хорошо, я подумаю, - статский советник не придал этим словам значения.


***


- Нине! Я назначен послом в Персию! - Александр влетел в дом и обнял молодую жену. - Мы через месяц выезжаем!
- Алексаша, у меня ещё одна новость: нас будет трое, - Нине улыбнулась.
- Ох, - только и произнёс новоназначенный министр-резидент. - Решено, едем! И при дипмиссии будем жить, там есть чудесный фельдшер!
- Есть и ещё одна новость! - Нине озорно глянула на мужа. - Поэма твоя вышла! Сегодня пришла книга.
«Вот они, алмазы мои огранённые! Жена моя, любовь моя! И книга моя», - эта мысль прочно засела в голову поэта.


***


- Неверные, неверные свиньи! - орала толпа за стенами посольства, пытаясь вынести добротные дубовые двери. - Смерть свиньям!!!
- Всем быть готовыми! Заряжайте пистоли! - Александр Сергеевич стоял внизу лестницы, сжимая эфес сабли. Единственной его мыслью было то, что жену - алмаз свой огранённый, он оставил в Армении и оттуда Нине добралась к отцу в Тифлис. Она должна была скоро разродиться, а находиться здесь сейчас было бы верхом безумия.
- Смерть им! - огонь факелов фанатиков-мусульман отразился на клинке посла.

***


- Нине, всё нормально, твой Алексашенька сейчас в Тегеране. Он вернётся весной, когда ты уже родишь.
- Я чувствую, что с ним произошло что-то страшное. Я это знаю, - в животе предательски кололо, словно ещё нерождённый сын предупреждал о несчастье.
- Нет, с ним всё в порядке. Успокойся, тебе нельзя волноваться в таком положении.
В животе продолжало колоть, а сердце знало, что своего Сашу она уже не увидит.

***


- Нам очень жаль, что сын российский погиб от рук наших. Примите во искупление нашей вины эти скромные дары, - персидский наследный шах Моххамад преклонил колени пред императором Николаем I. Позади шаха стояли слуги, державшие сундуки. А сам Моххамад подал на подносе желтовато-прозрачный камень. Это был алмаз, который был «куплен» кровью Александра Сергеевича Грибоедова.


Нине Чавчавадзе похоронила мужа в Тифлисе возле церкви святого Давида. На надгробии она повелела выгравировать надпись: «Ум и дела твои бессмертны в памяти русских, но для чего пережила тебя любовь моя?»
Ребёнка Нине потеряла — были преждевременные роды. Во второй раз замуж она так и не вышла.

© Писдобол

Posted by at        
« Туды | Навигация | Сюды »






Советуем так же посмотреть

Комментарии
Алла
28.07.09 13:55

Воффка издеваетса над народом, мне кажэтса...

 
Хрыч
28.07.09 13:56

Откуда у афтара скока букф? Кто-нибудь асилил?

 
Хуякс!!!)))
28.07.09 14:10

учитесь школота как надо сочинения писать о биографии великих русских писателей)))

 
hgm
28.07.09 14:17

моцны твор, падабаўся, ёсць аб чым падумаць

 
Deleter
28.07.09 14:18

про декабристов, по-ходу.....

 
зшщ
28.07.09 14:30

Неплохо. Аффтар, можешь писать дальше.

 
13
28.07.09 21:37
"Алла" писал:
Воффка издеваетса над народом, мне кажэтса...

Ой, лучше залесь под стол и скаже это вове в "микрофон")))

 
Kilo
29.07.09 18:27

хорошо написано. Автору респект,а школота немытая подите прочь на свои албанские горки,зад пиндосам подставлять...

 


Последние посты:

Девушка дня
Итоги дня
Чуть до греха не довёл
На заметку парням
Мошенников все больше
Когда самодельная реклама лучше той, что по телеку
Сколько зарабатывает московский водитель Яндекс такси
Нативная реклама
Воля старших, наследство и любовь
Девушки, которым скучно на работе


Случайные посты:

Что это за глупая мода? Вычурные имена
Удобно ли жить по шаблону?
Типичный продуктовый магазин 1980–х годов в ГДР
Британские ученые выяснили причину неудач шотландской разведки
В каждой шутке лишь доля шутки
Прозрачный домик в Хиросиме
Квадратные метры паранойи
Донашивает?
Очень хорошо
А королева-то голая