Зеркало




19 марта, 2010

Про Петровых

Я медленно выплыла из сна, потянулась, зевнула, чуть не свернув челюсть, и повернулась в Ленкину сторону. Ленка, приподнявшись на локтях, рассматривала заметно округлившийся живот.
- Мне нужны новые ботинки, - задумчиво пробормотала она.
Я уставилась на ее пузо, пытаясь определить логику ее мыслей.
- Это тебе джана подсказала? – предположила я.
Джана – любимая – временное прозвище будущего нашего дитяти, чей пол нам неизвестен, но мы хотим дочку.
- Это мне подсказали мои старые боты, у которых неприлично громко начала хлопать оторванная подошва.
- А-а-а, - протянула я, не найдясь, что ответить.
- А вот джана подсказывает, что еще срочно нужен бандаж, потому что у меня начинает уставать спина. Купим, или по сусекам поскребем? Ну, по родившим уже.

Из наших знакомых родивших дам свободный бандаж оказался только у Лариски – одной из Ленкиных родственниц. Остальные либо еще донашивали эту дурацкую приблуду (тут я поразилась, сколько знакомых девочек находятся в предродовом состоянии), либо уже кому-то отдали.
- Приезжайте! – обрадовалась Лариска. – Я вам еще сбагрю пеленатор, горшок, молокоотсос и сумку-термос для бутылочек!
Вот и начинается пиздец, подумалось мне, еще пара месяцев, и начнется торжественная передача младенческих приспособ, которыми любят делиться щедрые молодые мамаши.
- От Лариски поедем в обувной, потом заедем в аптеку, потом в Детский мир, потом пожрем кебаб, потом заедем к Настьке, потом к тебе, потом домой, и сварим щей со свежей капустой! – составил план подруга.
На Ленку каждое утро нападает жажда деятельности с тех пор, как прошел первый триместр, и она перестала блевать. Потирая в предвкушении руки, и хлопая оторванной подошвой башмака, она помчалась заводить авто.

Ларискин дом встретил нас тишиной, что было очень непривычно.
- А что так тихо? – сразу насторожилась я, когда мы прошли в дом.
- Сенечка спит, Ванечка с Иришкой в школе, - пояснила счастливая Лариска.
И я ее понимала – тихие деньки в жизни многодетной мамаши можно было посчитать по пальцам. По оставшимся пальцам какого-нибудь пьяного фрезеровщика, проработавшего за станком лет сорок-пятьдесят.
- А у меня пирог готов, сейчас пойдем пить чай!
Мы засели на кухне, и к пирогу был подан огромный чемодан, набитый всяким детским барахлом, которое Ленка тут же кинулась перебирать, ахая и охая.

И тут из детской донесся басовитый рев.
- Лелька, Сенечка проснулся, пойди, возьми его и притащи сюда.
Сенечка, полуторогодовалый бутуз, унаследовавший от папы лопоухость, а от мамы добрый нрав и способность радоваться чему угодно, стоял в кроватке, вцепившись в спинку, покачиваясь спросонья, и гудел. Увидев меня, он загудел еще громче, я подхватила малыша на руки, и он тут же замолчал, сосредоточенно лапая мои очки.
- Лелька! Бу-бу-бу! – что-то крикнула Лариска.
- А чего там наша мама кричит? – засюсюкала я, пытаясь убрать ребенкины ручки. – Что мама от нас хо-о-о-очет? Бля! – Сенечка удобней перехватил очки, сдернул их с моего носа, ткнул дужкой в глаз, испугался моего вопля и снова заревел.
- Лелька! Бу-бу!! – не успокаивалась Лариска.
Я метнулась на кухню, чтобы скорей передать дитя в мамины объятия.
- Ларис, что говорила? – уточнила я, приближаясь к кухне.
- На горшок его поса…
Животу моему стало тепло. А затем мокро. Горшок Сенечке больше был не нужен. Зато, на свадьбе его погуляю, если верить Ларискиным словам.

- Бандаж-то, бандаж! – спохватилась Ленка, когда ребенок и я были переодеты, дары пересмотрены, а пирог почти съеден. – Мы, вообще-то, за ним и приехали!
Я, конечно, предполагала, что данный девайс должен выглядеть несколько необычно, но, то, что он будет таким маленьким, оказалось сюрпризом для всех.
- Херня какая-то, - удивилась Лариска, рассматривая бандаж, который мог бы налезть только на ребенка, или на очень дистрофичную дамочку. – Что это с ним? – Лариска на некоторое время задумалась, потом схватила телефон. – Наташка! Ты бандаж стирала? В горячей воде? Ты дура, что ли? Ну так он сел! Вот так сел! На коленки! На чьи, на чьи? На мои, блядь! – проорала она и швырнула трубку.
- Наташка ездила в Италию, взяла у меня бандаж, чтобы деньги в него зашить. Чтобы не ограбили, - пояснила она, увидев наши удивленные морды.
- Ух, ты-ы-ы-ы, - зачарованно протянула Ленка. – Я такое только в «Любовь и голуби» видела, когда там деньги в трусы зашивали. Вона как бывает. А мы с тобой, Лелька, как дуры, деньги в кошельках таскаем.
- Сейчас, придумаем что-нибудь, - успокоила нас Лариска, и ушла кому-то звонить в другую комнату. Оттуда она вызвала Ленку, они о чем-то пошушукались, вернулись явно довольные друг другом, и велели собираться.
- Мы знаем, у кого есть нормальный бандаж.
И мы поехали. К кому – мне так и не сказали. Правильно сделали, наверное, потому что, знай я, к кому мы едем, я бы попросила Сенечку не описаться, сидя у меня руках, а обкакаться. Тогда б я никуда не поехала.

Меня обманом заманили в гости к Петровым. Подозреваю, самих Петровых тоже не оповестили, что я вхожу в состав делегации.
Вы знаете, какое самое прекрасное, красивое, замечательное, великолепное и неповторимое в мире имя? Думаете, ваше? Хуйтотам. Если, конечно, вас зовут не Сашей – не правда ли, редкое имя? Семейство Петровых состоит из четырех человек: Петров Александр-муж, Петрова Александра-жена, Петров Александр-сын, Петрова Александра-дочь. Заебись, да? Все они там Сан Санычи, и только Александра-жена – Валерьевна, которая и является затейницей именной неразберихи. Это она считает свое имя неповторимо-прекрасным, и замуж вышла, полагаю, только потому, что претендента звали Александром.
Знакома я с Петровыми давно, лет пятнадцать, а наша взаимная неприязнь длится около двенадцати лет – со дня их свадьбы, куда я была неосмотрительно приглашена. С того дня все зовут Александра-мужа Петрюней, чтобы хоть как-то различать ебанутую пару.

- Лора! Здравствуй! Здорово, что вы заехали! – Петрюнин писклявый голос выбесил меня сразу, не успела я выйти из лифта. – Елена! Выглядишь прекрасно! – и тут на манеж вышла я. – Леля?! – Петрюня смандячил скорбный еблет.
- Петрю-ю-юня-я-я! Солнце ты мое незаходящее, хлеб ты мой белый, сахар ты мой сладкий, смотрю, ты имидж сменил, теперь свою единственную прядку на другой бок зачесываешь. – Петров, как и все лысеющие мужчины, остро переживал свое редковолосье, и пытался скрыть обширную плешь жиденькой прядью, пересекающую лысую макушку.
Петрюня, будучи в высшей степени интеллигентным человеком, пропустил мою невежливость мимо ушей, помог всем раздеться и мы прошли в гостиную. За круглым столом баловались чаем Александра-жена, Александр-сын, Петрюнина мамаша и Петрюнина сестра с мужем – семейное чаепитие вышибло скупую слезу и я постаралась взять себя в руки.
- Девочки! Молодцы, что приехали! – защебетала Александра-жена, и ловко доставила на стол чашки. – Будем пить чай! Как я люблю, когда вот так можно посидеть, тихо, по-семейному, когда все свои! – она захлопала в ладоши, захихикала, сжала кулачки, и быстро-быстро начала шоркать кулачки друг о друга.

Это действо всегда завораживало меня – Александра-жена прикусывала кончик языка, скашивала глаза к переносице и наяривала кулаки друг об друга. Так она всегда выражала крайнюю степень восторга. Вообще, Александра-жена выражала эмоции всегда по-разному.
Когда волновалась – ковыряла в носу, причем ковыряла конкретно, как будто производила разведку недр. Палец ее достигал невероятных глубин, а глаза ничего не выражали.
Пугалась Александра-жена громко визжа, и практически засовывая весь кулак в рот, потому, знающие люди старались не подкрадываться к ней незаметно.
Плакала молча. Совершенно. Только слезищи огромные, как у ребенка, катились из глаз. Она их не вытирала. Сопли, впрочем, тоже.
Любовь к Петрюне она выражала крепким, борцовским захватом его ушей, и смачным чмоканьем в плешь. Чмокая ее, она приговаривала: «Солнце ты мое незаходящее!» - чмок-чмок-чмок – «Хлеб ты мой белый!» - чмок-чмок-чмок – «Сахар ты мой сладкий!» - чмок-чмок-чмок. Петрюня при этом жмурился и дрочил наслаждался.

Мы чинно расселись за столом, и принялись хлюпать чаек. Статисты – Петрюнины родственники, напряженно молчали. Петрюнина мама смотрела в сторону, и, думаю, вспоминала, как на свадьбе ее сыночка, я совершенно случайно сдернула с нее парик, и, извиняясь, некорректно заметила явное сходство мамы с сыном, которое выражалось лысиной.
- А давайте смотреть фотографии! – осенило Александру-жену.
- Нет! – воскликнула я. – Давайте вы нам бандаж отдадите, и мы поедем дальше! – и умоляюще уставилась на Ленку, которая с наслаждением поглощала вафельный трот, и совершенно забыла про свои планы.
Тут Александра вспомнила, что Ленка в положении, начала крутиться возле нее, со всех сторон посыпались вопросы, я незаметно переместилась на диван, прихватила измазанного шоколадом Сенечку и постаралась абстрагироваться от толпы.
Рядом притулился одиннадцатилетний Александр-сын, милый мальчонка, и мы начали играть с ним в буриме – любимое развлечение семейства Петровых.
- Мне бы уйти за горизонт, - начал первым Александр-сын.
- В попе моей раскроется зонт, - не придумала я ничего лучше.
Мальчик прыснул, покосился на увлеченную разговором маму, и шепотом, потому что за нами настороженно наблюдал Петрюня, продолжил:
- Я радостно в небушко улечу.
- После зонта мне пропишут свечу.
Александр-сын повалился на спину, и, хохоча, задрыгал ногами. Кажется, эмоциональностью он пошел весь в Александру-маму.
- Давайте еще, тетя Леля! Я мечтаю убить всех на свете!
- Малыш, в твоей голове только ветер.
- В кладовке моей припрятан топор!
- Чтоб крови поменьше – веди всех во двор.
Мальчишка, от переизбытка чувств, хохоча, кинулся мне на шею, и чуть не откусил ухо. Кажется, он перещеголяет свою родительницу, подумалось мне.
- Давайте еще! Давайте! – он перестал контролировать себя, и заорал. – Ночью они приходят в мой сон!
- И каждый несет по бутылке воды.
- Мой папа огромный и лысый слон!
- Сдается, сейчас ты получишь пизды, - закончила я в полной тишине.

Александра-мать собралась возмутиться, уперла руки в бока, разинула рот и… Что-то случилось. Она замерла, с раскрытым ртом, и глядя немного в сторону от нас. Секунду все пырились сначала на нее, потом туда, куда был устремлен ее охуевший взгляд.
Я повернулась, и, наверное, впервые в жизни онемела. Надолго.
В дверях стояла милая двухлетняя Александра-дочь – золотые кудряшки, миленкий розовый сарафанчик – и увлеченно мусолила во рту резиновый хуй, инфернального черного цвета, обхватив его детской ручонкой.
- Далеко пойдет девица, - сдавленно просипела Ленка, и застонав, спрятала лицо в край скатерти.
- Александр! Что это? – фальцетом завопила Петрюнина мамаша.
- Это, бабушка, кажется, пися, - определил на глаз Александр-сын.
- Держит ее Александра во рту, - в шоке, на автомате, продолжила я буриме.
- Кажется, ей сейчас заебися, - пробубнила Ленка в скатерть.
- Ничем не испортишь ее красоту! – подхватил Александр-сын, и словил от отца звонкий подзатыльник. – А откуда у нас это? – пацан сполз с дивана, и выдернул изо рта сестренки игрушку.
- А это… Это мы с папой решили анатомию начать изучать, - быстро нашлась Александра-жена, забрала афроамериканский член у сына и покинула гостиную.
Все-таки, интеллигентность и воспитание – хорошие вещи, помогают выпутаться из любой ситуации, и сохранить лицо, пусть слегка перекосоебнутое, но, все же, лицо.
- С правильного органа начали изучать, - мекнула я, и скорей понеслась в прихожую, ибо находиться в этом доме уже не могла.

ПыСы: дорогие мамы и папы, будьте бдительны! Не храните резиновые письки на нижних полках шкафов, а то ведь дети такие проныры))))

©Пенка

Posted by at        
« Туды | Навигация | Сюды »






Советуем так же посмотреть

Комментарии
Квадрат
19.03.10 15:22

Вчера читал на ЯПе

 
mikorr
19.03.10 15:23

1?

 
mikorr
19.03.10 15:24
"Квадрат" писал:
Вчера читал на ЯПе
Читать?
 
Старпом
19.03.10 15:33

 
Квадрат
19.03.10 15:36
"mikorr" писал:
Если делать не фиг - то да.
 
Fl0
19.03.10 17:31

Можно почитать последние 5 абзацев.

 


Последние посты:

Девушка дня
Итоги дня
Чуть до греха не довёл
На заметку парням
Мошенников все больше
Когда самодельная реклама лучше той, что по телеку
Сколько зарабатывает московский водитель Яндекс такси
Нативная реклама
Воля старших, наследство и любовь
Девушки, которым скучно на работе


Случайные посты:

50 интересных фактов о мужчинах
Люди в социальных сетях
Занял денег — потерял друга
Стукач (или российские реалии)
Велосипедист - это диагноз
Война все спишет
Очень хорошо
Понедельник, а работать уже не охота
Комсомольская правда
Купюра