Зеркало




27 ноября, 2008

Головой думать надо

Василий Прохорыч с треском сдвинул костяшки домино, одним плавным движением широких ладоней разложил их на столе, перемешал и поднял глаза.
- Ну что, мужики, успеем еще одну партию задвинуть?
- "Партию"... Ты прямо как шахматист! - усмехнулся Витёк Кривоносов, аккуратно отбирая себе прямоугольные плашечки. Надежно упрятав их от посторонних глаз за истрепанным шпионским романом без обложки, он закурил и выдохнул дым на лампочку без абажура.
- А что? В нашем деле иногда и побольше думать надо, - подмигнул пожилой, тертый жизнью Прохорыч, поудобнее устраивая старый ватник, приткнутый за спинку стула, - потому что иначе нельзя. Сантехник, мужики - это вам не пассажир какой-нибудь, ничего не умеющий. Случаи всякие бывают.
Максим Рощин, неразговорчивый бородатый мужик с широченными плечами, хмыкнул и налил себе стакан кипятка из мятого электрического чайника. Осторожно забравшись ложкой в коробку с чаем, он насыпал в стакан заварки и принялся дуть на кружащиеся в кипятке чаинки.
- Верно, - вдруг сказал он, и Прохорыч поднял бровь, оторвавшись от разглядывания своих костяшек. Максим еще раз подул в стакан и продолжил, - помнишь, Прохорыч, Саньку Зайцева?
- Ну еще бы не помнить! - отозвался тот, - вот уж история была...

- Что за история, Прохорыч? - нетерпеливо спросил Борька Зимин, совсем молодой паренек. Он прикрыл свои "доминошки" рукавицей и облокотился на стол.
- Дело было лет десять назад, по весне. Мы с Зайцевым как раз тут ночевали - прорыв был на трассе, аврал, даже пообедать домой не успевали сбегать. И вот, помню, ночь, я на топчане дремлю, ну а Санька газету читает вон там, под лампочкой. И вдруг слышу - по коридору будто лошадь цокает копытами. Я аж проснулся: какая тут лошадь может быть, думаю? А точно, копыта, ни с чем не спутать. И Санька от газеты оторвался, на меня смотрит. Вдруг дверь открывается, и к нам в слесарку заходит сам Король Из-под-Горы...
- А... - протянул Борька, - про этого я слышал. Бабка моя его встречала как-то. Говорят, он на холмах за водозабором живет, там еще маслят летом прорва, но собирать - дураков нету.
- Вроде того, - кивнул Прохорыч, - ты дальше слушай. Заходит этот Король, и я чую - холодом потянуло, хоть у нас и бойлеры под боком, а все равно. Лицо у него белое, волосы золотые, аж светятся. А за ним свита - ну, те вообще просвечивают насквозь, даже не понять, призраки или живые. Король встал на пороге, поморщился от дыма, посмотрел на нас и спрашивает: "Есть ли среди вас мастер, что не побоится пойти со мной?" Я даже рта не успел раскрыть, а Санька этак аккуратно газетку сложил, встал и отвечает: "Это смотря что у вас там случилось". И Королю прямо в глаза смотрит. Тот вроде как даже удивился от такой смелости. Потом говорит: "Неприятность небольшая. Подземные ключи под дворцом открылись, а старые трубы, которые давным-давно, на заре мира уложены, прохудились. Сможешь?" "Поглядим", - ответил Зайцев, сумку с инструментом на плечо закинул и вышел вслед за Королем. У самой двери оглянулся и мне говорит: "Прохорыч, ты там моих предупреди, чтоб не волновались, и начальнику жилконторы тоже скажи". Махнул рукой и вышел.

Пожилой сантехник пососал погасшую "беломорину", чиркнул спичкой, прикурил заново.
- Да-а, - задумчиво протянул Зимин, - и не отказаться от такого предложения...
- История на этом не кончилась, - пробормотал Максим, глядя на свет, как последние чаинки в стакане укладываются на дно.
- Точно. Прошел год, все уж и думать забыли про парня, иногда только жалели - вот, мол, сгинул ни за что. И вдруг - тоже весной дело было, в тех самых числах мая - открывается дверь, и на пороге сам Санька, собственной персоной. Точно такой же, как и был, только щетины добавилось. "Встречайте, - говорит, - мужики!" Ну, все заохали, жена его прибежала, ревет от радости. Потом уже, как успокоились малость, я спросил: что так долго-то, Саня? А он так удивленно на меня посмотрел и отвечает: "Да ты что, Прохорыч, я там всего сутки провозился, в этих подвалах!" Когда я ему на календарь показал, парень аж побелел. Схватил газовый ключ, хотел куда-то бежать разбираться. Еле удержал его.
- И что, неужели так и оставили? - спросил Витёк.
- Да нет конечно. Все как полагается - дождались Самайна, пришли в холмы, призвали к ответу. В Самайн-то смертным туда дорога открыта. Король сначала пугать хотел: мол, кто вы такие, да как посмели? Ну, тогда Зайцев ему и говорит вежливо, голоса не повышая: "Если у вас опять что-то случится с трубами - ищите теперь мастеров среди своих. Только учтите, что я там вентили поставил из холодного железа, других у меня не было. Да и проточную воду никто из вас особо не любит. Рабочий люд всякий обидеть норовит". Тут Король пошел на попятную. При всех поклялся на мече, что зла не таит. Честно расплатился с Санькой, по табелю учета времени, все до рубля выплатил. Деньги мы на лопате проверяли, чтоб совсем без обмана.
- Это как - на лопате? - удивился Зимин.
- Ну как? Кидаешь каждый золотой на лопату - она ведь железная. Если золотой подменный - тут же листьями рассыплется. Но в тот раз ничего такого не было. Полную сумку Санька домой унес. А потом уволился и уехал куда-то в Хабаровск, к родне - сказал, что свой бизнес откроет. Недавно писал мне, звал в контору, начальником цеха.

Максим вдруг засмеялся.
- Ты чего? - спросил Василий Прохорыч.
- Да я так... Нет, чего-то не идет нынче домино, - он ссыпал костяшки обратно на стол, - зато я вот тоже вспомнил. Ты, Прохорыч, не забыл еще, как мы с тобой плановую проверку подземных коммуникаций проводили?
- Это в позапрошлом году, что ли? - спросил сантехник и сплюнул на цементный пол, аккуратно растерев плевок подошвой закатанного "болотника". - Такое не забудешь. Вот уж точно, не к ночи будь помянуто!
- А что случилось-то, что? - любопытный Борька аж подскочил, да и Витёк Кривоносов посмотрел вопросительно.
Прохорыч помялся, похмыкал, потом неохотно начал:
- Есть у нас под городом, как раз на границе нашего участка и леспромхозовского, хитрая система тоннелей. Кто ее проложил - неведомо, еще в те времена, когда и города-то здесь никакого не было. Удобно там трубы было тянуть, хоть на грузовике езди. Вот и проложили, начальству, видишь ты, виднее. Только туннели эти вовсе не наши были.
- А чьи? - Борька придвинулся поближе.
- Хозяева у них имелись, не сомневайся, - рассказ продолжил Максим, - да еще какие. Только они спали долго. Лет триста, четыреста - точнее не скажу. И вот как-то раз нас с Прохорычем и отправили - на плановую проверку. Выдали нам две карты, все как полагается. Я гляжу на эти чертежи - мама родная, а они еще на пергаменте начерчены! Ну, думаю, труба - наверняка там половину туннелей завалило за это время. Спустились мы и пошли. Газоанализаторы при себе, каски с фонариками. Чисто шахтеры. А в туннелях, как ни странно - все на месте. Ходили, ходили, три участка из пяти разметили. Все вроде в порядке, трубы малость поржавели кое-где, там где сырость обмотку повредила. Утомились, конечно...
- И тут присели мы перекусить, - снова вступил Василий Прохорыч, - прямо на трубах устроились, бутерброды развернули. А Максим меня спрашивает: "Мы где сейчас?" Я говорю: "Судя по всему, как раз в самом дальнем углу. Здесь особенно хорошо надо все проверить, в ведомости записано, что последний раз бригада эти трубы проверяла в 1732 году. Понятно, что особое наше заклятье трубы держит и держать будет, но береженого, сам знаешь, Бог бережет". И только я эти слова произнес - чувствую, что труба подо мной тихонько так задрожала, точно из темноты кто-то к нам идет. Я говорю: "Бросай бутерброды, Максимушка, гляди в оба, мало ли что!"
Он замолчал и налил себе чаю. Рощин тоже ничего не говорил, только задумчиво смотрел на дым папиросы.
- Дальше-то что? Не тяните резину, мужики! - на этот раз не выдержал Витёк Кривоносов.
- Дальше? - переспросил Максим. - Дальше я плохо помню. Только помню, как они из туннеля выходили. Один за одним. Бледные, завернутые то ли в крылья, то ли в плащи какие-то блестящие. Ну, вампиры как вампиры, чего тут рассказывать...
- Вампиры? - охнул Борька.
- А то кто же... Может, их мои слова разбудили, а может просто время пришло. Только я и перекреститься не успел, как они нас окружили. Стоят и смотрят, а от их взглядов так противно делается, и сон наваливается. Гляжу - и Максим тоже носом клюет. Стояли они так... не знаю сколько. Потом расступаются - и вот ко мне подходит один. Самый главный и самый старый, значит. Как от него пахло, мужики, вы себе представить не можете! Даже сантехнику такое неведомо. Точно из братской могилы, вот не совру... Он подходит, наклоняется надо мной и говорит - а может, только думает, я так понять и не смог. "Всему на свете приходит конец, смертный. И тебе тоже, и твоему другу. Вы зашли туда, куда вам не положено заходить. Теперь вы умрете, оба умрете. И бежать от нас, смертный, ты не сможешь - мы здесь жили всегда..."

Максим снова хохотнул, размешивая сахар в очередном стакане чая.
- А потом что? - Борька Зимин в нетерпении задергал его за рукав. - Потом что?
- Что-что! А потом нас выпили досуха, - отозвался Рощин и отхлебнул чаю, - да не суетись ты! Сейчас Прохорыч все расскажет. Это, я тебе доложу, такой момент был незабываемый...
- Да уж, - старый сантехник вытер лысину большим полосатым платком, который достал откуда-то из-за пазухи, - врагу такого незабываемого момента не пожелаю. Короче, мужики, мне в эту секунду так обидно стало. "Ах ты, гад! - думаю. - Еще и глумишься, смертным обзываешь?" А он уже совсем, гляжу, близко, к горлу тянется. Думал, наверно, что мы оба ни рукой ни ногой шевельнуть не можем, как простые люди. Но сами знаете, как нас на курсах учат, не только гайки крутить...
- Знаем, знаем, - радостно ухмыльнулся Кривоносов, показывая щербину в зубах.
- Так вот. Обидно мне стало, я зажмурился и когда почувствовал, что он вот-вот вцепится - сам вперед рванулся, да ка-а-ак..!
- Укусил, что ли? - не поверил Борька. - Вампира?
- Ты посмотри, какой у Прохорыча рот большой, - добродушно рассмеялся Максим. - Туда же целиком поварешка влезает. А у того старого вампира шея была тонкая, худая, как у гуся. Но это все ерунда, он бы, конечно, сразу вырвался и нас порешил - раз плюнуть. Да не тут-то было. Прохорыч, ну-ка, улыбнись!
Пожилой сантехник широко улыбнулся. Повисла тишина, а потом оба - и Витёк и Борька, разом захохотали.
- Ну ты даешь, старшой! - еле отдышавшись от смеха, покачал головой Кривоносов, вытирая выступившие на глазах слезы. - Ну ты даешь!
Для убедительности Василий Прохорыч пару раз громко щелкнул челюстями, полными вставных серебряных зубов, и сам тоже посмеялся.
- Спасибо жене, царствие ей небесное, - вздохнул он, - не нравились ей золотые. "Вставляй, - говорит, - Вася, только серебро!" Я и послушался. Не зря. В общем, прихватил я его за шею - крепко прихватил, видать, потому что он так заблажил, что со свода туннеля куски кирпича посыпались. А мне и противно его так держать, потому что воняет еще сильнее, и отпустить, ясное дело, не могу. Только руками показываю остальным - а ну, отошли все! Зато Максим сразу все понял.
Рощин кивнул и пожал плечами.
- Трудно не понять-то... Я на трубы вспрыгнул и кричу: "Если хоть движение сделаете - кранты вашему командиру!" Смотрю, они назад подались. Я тогда повернулся к этому старому и спрашиваю: "Чья сейчас очередь умирать - нам, смертным или тебе, бессмертному?" А он тихонько воет, но чуть только пробует дернуться или лапы поднять - Прохорыч, чувствую, сильнее зубы сжимает, так что дымом пахнет. Я подумал и говорю: "Поклянись, что нам вреда не причинишь и работать не помешаешь - ни ты, ни один из твоих нелюдей. Клянись, гад, а то он тебе шею перекусит!"
- Поклялся?
- Еще как. Начал клятву давать, корчится весь, как на сковородке. Потом своих заставил повторить трижды. И только после этого Прохорыч его выпустил и начал плеваться. Я стою и смотрю - что дальше? А они тихо так, незаметно - были и нету, как будто растворились в темноте. И снова тишина. Помню, что сели мы обратно на трубы, Прохорыч достает свой надкусанный бутерброд, поглядел на него, а потом как зашвырнет куда-то и давай орать: "У меня теперь во рту этот вкус навсегда останется!"

Все засмеялись. Василий Прохорыч сгреб костяшки домино в кучу.
- Жаль, не получилась партия, - он почесал небритую щеку, - ну ладно. Зато время скоротали. Так что, мужики, сантехником быть - это вам не в шахматы играть. Тут иногда и головой думать приходится.

© Шарапов Вадим

Posted by at        
« Туды | Навигация | Сюды »






Советуем так же посмотреть

Комментарии

27.11.08 12:27

кажется я догадываюсь кем Воффка работает на самом деле...

 
SS
27.11.08 12:28

1

 
Basil, Donetsk
27.11.08 12:28

Василий Прохорыч с треском сдвинул костяшки домино, одним плавным движением широких ладоней разложил их на столе, перемешал и поднял глаза.
- Ну что, мужики, успеем еще одну партию задвинуть?
Все засмеялись. Василий Прохорыч сгреб костяшки домино в кучу.
- Жаль, не получилась партия, - он почесал небритую щеку, - ну ладно. Зато время скоротали. Так что, мужики, сантехником быть - это вам не в шахматы играть. Тут иногда и головой думать приходится.

 
Muhosransk, Muhosransk
27.11.08 12:32

мдя бля

 
MeDi
27.11.08 12:35

БАЯН

 
123
27.11.08 12:39

Опять унылое гамно... (((

 
Чо с каментами?
27.11.08 12:40

чо бля с каментами? Сцуко...

 
Джастэбоб
27.11.08 12:45

Не пра гамно, так про борцов с оным))

 
Клaйпед
27.11.08 12:49

понял,нечитаю

 
кризисс
27.11.08 13:07

ну прямо сказы Бажова на современный лад, йопта. зачот.

 
Mikemanager
27.11.08 13:16

А мне понравилось)
не даром один сантехник сказал моей жене после того как окончательно сломал сливной бочок унитаза:"Сантехников уважать надо!"

 
Бомж-Бруевич
27.11.08 14:16

http://voffka.com/archives/2007/06/06/036160.html

 
Бомж-Бруевич
27.11.08 14:18

http://voffka.com/archives/2007/06/06/036160.html

size 48Kb
 
бук
28.11.08 12:50

ох уж эти сказочки!ох уж эти сказочники!

 


Последние посты:

Девушка дня
Итоги дня
Чуть до греха не довёл
На заметку парням
Мошенников все больше
Когда самодельная реклама лучше той, что по телеку
Сколько зарабатывает московский водитель Яндекс такси
Нативная реклама
Воля старших, наследство и любовь
Девушки, которым скучно на работе


Случайные посты:

Возвращение в Простоквашино
Про говно
Кстати да
А виноват всегда только ты
Универсальное поздравление
Братья итальянцы понимают нашу боль как никто
Ох уж эти японцы
Тараканы
Девушка дня
Экспедиция на марс. Уймитесь уже, болезные. Размышления вслух