Зеркало




11 января, 2010

Заяц в кармане

Егор был обычным человеком. Таких миллионы. И ёлка у него была самая обычная. Из пластика. Не живая – зато пушистая в некоторых местах. Как и его жизнь. И закошена на одну сторону, точно так же – один в один. Состояние ёлки можно было расценивать как предынфарктное, потому что использовалась она по назначению уже несколько лет подряд. А каждый Новый год для искусственной ёлки – как мини инфаркт. Собрали – разобрали, что-то само отвалилось, что-то проебали… в общем, не мне вам рассказывать.
В канун Нового года, часов с семи вечера Егор сидел на полу в своей квартире, напротив зелёной красавицы и методично и уныло напивался. Выпивал стопку тёплой водки, и заедал её кулинарными изысками из ближайшего гастронома, выковыривая еду руками прямо из пластиковых контейнеров. Смачно рыгал, облизывал пальцы, и снова наливал очередную порцию.
-- За счастье!
Егор чокнулся со стеклянным зайцем. Заяц, по-праздничному задорно крутанулся на ниточке и замер, глядя в сторону. Егор выпил. Заел шубой и сплюнул селёдочную кость. Развернул косого за нитку.
-- Ты-то чего?
Заяц виновато качнулся. Егор снова налил.
-- За любовь, будь она неладна...
Заяц снова медленно повернулся и уставился на красный блестящий шар. Рука Егора замерла, так и не донеся рюмку к сложенным в трубочку губам.
-- Сука, – Егор поставил на пол рюмку и развернул непослушного зайца мордочкой к себе. – Я не понял… тебе-то я, что плохого сделал, заморыш?

Егор подержал несколько секунд зайца в ладони, осторожно отпустил, пригрозил пальцем. Поднял с пола рюмку. Быстро выпил и потянулся за закуской.
-- Сам ты заморыш.
Егор подавился и, закашлявшись, харкнул на ёлку кусочками оливье. Оглянулся и уставился в телевизор. Надежда Кадышева, привольно шевеля грудями, враспев горланила, «…коротаем мы, ночи длинные…»
Нет, это не оттуда, – подумал Егор. Встал, обвёл взглядом комнату и, слегка пошатываясь, прошёл в кухню. Телевизор и магнитофон были выключены. Послышалось, наверное. Он вернулся и сел возле ёлки. Налил рюмку под самый край. Поднял, приподняв локоть на уровень плеча, и выдохнул в сторону.
-- За родителей, царствие им не...
-- Родителей вспомнил? Самое время.
Егор вздрогнул и неловко дёрнул рукой. Тёплая водка, расплескавшись, намочила ладонь и впиталась в манжет рубашки.
-- Да что за хрень?! – Егор поставил рюмку на пол. – Что за херня?!
Он поднялся с пола, и комната поплыла перед глазами. Для равновесия расставил руки в стороны. Огляделся.
-- Выходи, сука! Кто тут!
-- Да здесь я, – ответили с ёлки.
Егор нагнулся и стал пугливо всматриваться в тёмное пространство между веток.
-- Кто здесь?
-- Разуй глаза, валенок. Это я, Косой.
Егор даже не сел, а упал на пол, больно ударившись пятой точкой. Всмотрелся в заячью стеклянную морду. Заяц подмигнул, отразив блестящим веком свет люстры.
-- Привет. Чего варежку раскрыл? Только что чокался со мной, в рыло мне рюмкой тыкал, заморышем называл. Давай, давай… продолжаем разговор.
Егор потряс головой. Ущипнул себя за ладонь. Ударил кулаком по лбу и снова посмотрел на зайца.
-- Ну, полегчало?
Егор мгновенно протрезвел и вскочил на ноги.
-- Ты это… чего?
-- Я? Я ничего. Просто, разговариваю с тобой. Ведь кроме меня тебе уже и поговорить не с кем… я прав?
Егор согласно кивнул. Поговорить действительно было не с кем. Жена ушла полгода назад, с друзьями разжопился, родители померли давным-давно. Последняя подружка, обидевшись на недостаток внимания с его стороны, не звонила уже недели полторы. Да и он собственно не пытался связаться. Зачем? Да ещё перед самым Новым годом попал под сокращение на работе. Так что… ещё месяц отсидеть в офисе – и на кислород. В общем – полный пакет. Все опции, кроме кожи и климата. Кожа посерела от пьянства, недосыпа и неправильного питания, а климат… сами знаете, какой сейчас климат.
-- Ну, давай. Ты, вроде за родителей выпить хотел? – напомнил Заяц.
-- Хотел. А что?
-- Да ничего. Ты, кстати, где был, когда мамка твоя в Красноярске от рака загибалась?
-- Здесь. Ну, в Москве... был.
-- А чего не поехал? Мог ведь тогда, помнишь? Да и с отцом как-то нехорошо получилось… Егор неохотно и стыдливо пожал плечами. Он и сам не мог ответить на этот вопрос. Приехал он тогда только на её похороны. Чтобы поцеловать в лоб, обтянутый тонкой полупрозрачной кожей, незнакомую высохшую мумию. А отец? Егор и узнал то о его смерти только через месяц. И на могиле не был ни разу.
-- Ты откуда всё знаешь? И какого… ты меня тут осуждаешь… хрен стеклянный.
-- Я не осуждаю. Я спросил просто. А знаю я про тебя всё, потому что ещё с рождения твоего мы знакомы. Родители твои нас из Чехословакии привезли. Тебя и меня. Ну, там ещё были… попугаи, то да сё… шары какие-то… побились все. Один я остался с тех времён. Потому что ты меня всегда в бумажку заворачивал, перед тем как в коробку убрать. Я добро помню.
Действительно, зайца этого Егор всегда заворачивал в несколько слоёв газеты. Аккуратно укладывал, и через год, так же аккуратно вынимал из коробки с ёлочными игрушками. И вешал на самое видное место.
-- Тогда, чего ты хочешь от меня? – Егор начинал терять терпение. Разговаривать со стеклянным зайцем, который всё про тебя знает, не самое приятное занятие. Попахивает шизофренией, причём в крайней – галлюцинаторной форме.
-- Ничего. Вопрос в том – что ты хочешь?! – загадочно ответил Заяц и почесал за ухом стеклянной лапкой.
-- Развяжи-ка эту нитку долбанную. Я на пол хочу слезть… лапы затекли уже.
-- Ага… Щас! Виси – где висишь и не рыпайся. Джин хренов… интригует ещё…
-- Ну, как знаешь. Можешь дальше бухать. Только, времени у тебя – до четвёртого января. До рассвета. Если точно, то до шести сорока четырёх, и…
-- Ну да, ты мне ещё про тыкву расскажи, блять, – перебил Зайца Егор.
-- Не веришь?
-- Ясное дело. Я что – идиот, по-твоему?
Заяц молчал. Егор уже пожалел о том, что отказался. Но и признаться в этом не хотел, ни себе, ни тем более стеклянному зайцу. И когда он уже решил заговорить, Заяц внезапно спросил:
-- Чего бы тебе хотелось сейчас больше всего. Подумай.
-- Хочу, чтобы жена мне позвонила. Вот прямо сейчас! Слабо?
Из вороха белья, лежавшего на смятой постели послышалась приглушённая трель. И в ту же секунду, но гораздо пронзительнее, на тумбочке возле кровати, отозвалась база радиотелефона. Егор, не раздумывая, бросился на звук сигнала и начал копаться в скомканных простынях. Трубка вывалилась откуда-то из недр разворошенного белья и стукнулась об пол.
-- Алло, – послышалось из динамика. – Егор… Алло!
Егор как завороженный смотрел на трубку, затем перевёл взгляд на Зайца.
-- Ну ты чего? Жена звонит – ответь уже.
Егор медленно слез с кровати, поднял трубку с пола и прислонил её к уху.
-- Да.
-- Здравствуй, Егор. Что там у тебя за бардак опять? Ответить сразу, не можешь что ли? Алло… ну что, молчать будем?
-- Да слышу я, – Егор отвернулся от ёлки. Встал в пол оборота. – Чего ты хотела, Лен?
-- Я там оставляла квитанции на оплату за квартиру. На холодильнике. Ты оплатил? Полгода прошло уже. Смотри – доиграешься.
-- А с чего ты решила…
-- Я просто знаю, поэтому и говорю. Тебе всегда нянька была нужна. Твоя-то, сопливая, наверное, не напоминает тебе, – «то надо сделать… это». Нет? Не напоминает?
Егору почему-то стало стыдно перед Зайцем, и он вышел с трубкой в прихожую. И правильно сделал, потому что за спиной послышался приглушённый ехидный смех.
-- Слушай, Лена. Я один прекрасно справляюсь. Мне никто не нужен, понятно? В том числе и мамочка. Ни в твоём лице… ни…
-- Знаешь, мог бы и с Новым годом меня поздравить. Так… для начала…
-- Пошла ты в жопу! – сказал Егор и нажал на сброс.
Вернулся в комнату. Сел возле ёлки, взял бутылку и отпил прямо из горлышка.
-- Поговорили? – поинтересовался Косой.
Егор кивнул.
-- Веришь мне теперь?
Егор мотнул головой и одновременно пожал плечами. Но неуверенно и еле заметно. Сделал ещё один глоток и поморщился. Хотел возразить, что звонок – простая случайность… совпадение но, передумал. Сидел молча, и понуро пил из горлышка.
-- Ты этого хотел?
-- Да.
-- Послать её в жопу? – допытывался Заяц.
-- Ты же сам всё знаешь, хули спрашиваешь? – огрызнулся Егор.
-- Проверить хотел.
-- Проверил?
-- Ага, проверил. Ты врёшь. Ты хотел, чтобы она вернулась. И чтобы у вас всё снова было как тогда – десять лет назад. Сними меня с верёвки, будь человеком.
Егор снял нитку с ёлочной ветки и, аккуратно придерживая Зайца, поставил его на пол. Тот присел пару раз, упёрся передними лапками в бока и прогнулся. Сначала назад, а потом вправо – влево.
-- Если я хотел, чтобы она вернулась, почему ты этого не сделал? – спросил Егор.
-- Я не всё могу. Я дал тебе шанс – ты его упустил.
-- Ну… ты всё слышал. Ты думаешь мне всё это надо? Вот это вот... – Егор скорчил гримасу, имитируя недовольную физиономию бывшей жены.
-- Выбор был за тобой. Ты его сделал. Что ты от меня-то хочешь? – резонно ответил Заяц.
-- Да ничего я не хочу.
-- В этом-то и дело, – Заяц усмехнулся. – Когда захочешь – скажешь. Придумай что нибудь. Ну, что бы ты действительно хотел. Без всяких там… - «а мне это нужно?», да - «я не знаю». Мужик сказал – мужик сделал. Ясно?
Недолго думая, Егор выпалил первое, что пришло в голову:
-- Хочу миллион долларов наличными.
Заяц поморщился. Закатил блестящие глаза к потолку и сказал удручённо:
-- Ну, ничего другого я и не ожидал. Стандартная мечта среднестатистического идиота.
Егор еле сдержался, чтобы тут же не раздавить наглеца. Один удар ногой – и всё. Не будет никакого зайца, закончиться эта жуткая и неприятная галлюцинация. Но любопытство оказалось сильнее. И вместо быстрой расправы, Егор решил продолжить диалог.
-- Выбирай выражения, а то опять на ёлке будешь болтаться. Что тебе не нравиться то? Нормальная мечта – миллион… Миллион – это то, что нужно.
-- Нет, не получиться. Миллион я тебе не дам.
-- Сползаешь с базара, хрен стеклянный, – криво усмехнулся Егор. – Только философствовать можешь, как я погляжу. А чего так?
-- Нету у меня миллиона, поэтому – вот так. Вот миллионером могу тебя сделать, если хочешь. Но учти – со всеми вытекающими последствиями. С налоговиками и ментами, с бандитами и чинушами… с продажными девками и лицемерными друзьями… короче, со всем тем говном, которое к этому прилагается. Хочешь?
-- Нет, не хочу. Ладно, хрен с ним, с миллионом. Хочу третьего числа выйти на работу в качестве шефа… ну, хозяина нашей фирмы. И чтобы Колесов… ну, шеф… был у меня в подчинении. Топ менеджером. Можешь такую рокировку устроить?
-- Не вопрос. Сделаю. А до третьего, чем будем заниматься? Время то идёт. Цигель – цигель, ай люлю. Сечёшь? Может, прокатимся по городу? Тачка у тебя как, на ходу?
Тачка была на ходу, но Егор успел уже порядком перебрать. Садиться за руль в поддатом состоянии, да ещё и в новогоднюю ночь – полный идиотизм. Хотя, весь сегодняшний вечер, замечательно подходил под эту формулировку. Егор попытался возразить, но без особого энтузиазма.
-- Я выпил. За руль как-то не очень хочется...
-- Не переживай, я отмажу если что.
-- Ну, поехали тогда.
***
Двор замело снегом так, что выбирались полчаса, не меньше. Двигатель ревел, как оглашенный. Хорошо ещё, что прохожие, идущие к кому-то на встречу Нового года, помогли и вытолкали тачку со двора.
На улицах было не так много машин. Большинство уже добрались туда, куда хотели добраться и упивались горькой. А те, кто никуда не собирался… впрочем, нам до них нет никакого дела. Остались только вольные бомбилы, подневольные таксисты и такие как Егор. А уж с Зайцами или без – не имеет значения. Ну, и мусора… Как без них?
-- Куда поедем? – спросил Егор.
-- В центр, конечно. Куда ещё?
Егор вывернул на проспект и надавил на акселератор. Машина ушла в занос, загребла резиной снег, дёрнулась и вползла наконец, в колею.
-- Полегче, не дрова везёшь, – подал голос Заяц. – И это… ты меня в карман положи. И наушник себе в ухо вставь. А то будешь со мной на людях разговаривать – заметут сразу. Подумают ещё, что у тебя крышу сносит. А так, вроде по мобиле разговариваешь.
-- Ладно, Косой – ответил Егор, пристраивая Зайца в карман пальто. – А мы что… будем на людях разговаривать?
-- А то! Конечно. На хрена же мы тогда из дома выходили?
До центра добрались без приключений. От праздничной иллюминации и освещённых окон домов, на улице было светло, как днём.
Егор припарковал машину в переулке, пискнул сигнализацией. Осмотрелся и пошёл в сторону Кремля. В кармане пальто он почувствовал возню и услышал еле различимый голос Зайца:
-- Слыш, Егор… подсоби чутка. Я взглянуть хочу, что там и как. Сто лет уже на улице не был. Ну, и тебе полезнее будет. Может, подскажу что нибудь.
Егор помог Косому, и тот, зацепившись лапками за край кармана, высунул голову наружу. Осмотрелся по сторонам и обозначил Егору маршрут следования.
-- Туда вон пошли, где народ колготиться. Видишь? Вот-вот, правильно. Ага, к ним подгребай.
Егор подошёл к группе подвыпивших и веселящихся граждан. Они раскладывали на снегу богатый арсенал китайских петард, готовясь устроить новогодний фейерверк. Прямо тут же произносили тосты и распивали водку из пластиковых стаканчиков. Чуть поодаль, Егор заметил молодую совсем девчонку в короткой юбке и длинных сапогах на шпильке. Она стояла и курила, закутавшись в короткий лисий полушубок, совсем не интересуясь тем, что происходило в двух шагах от неё.
-- Классная задница, – тихо прошептал Заяц из кармана пальто. – У-ух!
Оценив фигуру девушки, Егор согласно кивнул. Девчонка, безусловно, была хороша.
-- Хочешь её? Нет, я серьёзно – не унимался Заяц.
Егор снова посмотрел на девушку.
-- Допустим. И что?
-- Да ничего. Допустим или хочешь? Хотелось бы конкретики, понимаешь? Хотя бы в аспекте твоих звериных инстинктов. Что ты как не живой? Хочешь или нет?
-- Хочу – быстро ответил Егор, прислушавшись к голосу животного. Вернее, животных. И стеклянного, который сидел в кармане его пальто, и того – второго, сидящего у него внутри.
-- Да. Хочу, – подтвердил он ещё раз. И ещё, уже более уверенно, – точно, хочу.
-- Да успокойся уже. Короче так... сделаешь всё, как я скажу, и она – твоя, понял?
-- Понял – ответил Егор и чуть склонил голову набок, чтобы лучше слышать Зайца. Со стороны могло показаться, что его внезапно прихватил радикулит или прострелило в области поясницы.
-- Во-первых, выпрямись. Не стой как паралитик. Напрягай уши, а не спину. В жизни пригодиться. Кто спину ломает, тот так по жизни и скачет… сгорбившись. Лучше слушай побольше да на ус мотай… андестенд?
Егор мгновенно выпрямился и напряг уши.
-- Сейчас подойдёшь к ней. Только не с хвоста заходи, а с мордочки… с лица, господи. И скажешь, что хочешь её трахнуть. И без всяких там сантиментов, понял?
-- Да как же… – начал было Егор, но Косой оборвал его на полуслове.
-- Да вот так. Сделаешь так, как я сказал.
«Да что он, вообще рехнулся? Что он понимает в этом, урод стеклянный», – подумал Егор. «Триста шестьдесят дней в году на антресолях проводит, а туда же… учить берётся».
Егор постарался придать походке лёгкость и спокойствие. Подошёл к девушке сбоку, и слегка нагнувшись, сказал:
-- Девушка, мы с вами не встречались раньше?
-- Идиот, – еле слышно прошептал Заяц.
Егор легонько ударил ладонью по карману пальто.
Девушка повернула голову и посмотрела Егору прямо в глаза. Затем, смерила его высокомерным оценивающим взглядом с головы до ног. Щелчком отбросила в сторону окурок и отвернулась.
-- Девушка, а девушка…
-- Скажи, что хочешь её трахнуть, - не унимался Косой.
-- Заглохни, мразь, – внезапно ответил Егор и снова хлопнул ладонью по карману.
Девушка испуганно отошла на пару шагов и процедила сквозь зубы:
-- Отвали, козёл.
Козёл отвалил, уже не претендуя на знакомство. Отошёл на несколько шагов, вытащил Зайца из кармана. Подавил первое желание раздавить стекляшку прямо в ладони. Заяц, видимо смекнул, что жизнь его на волоске, поэтому скромно помалкивал. И даже не шевелился. Егор размахнулся, собираясь швырнуть Зайца как можно дальше. Передумал и подошёл к массивной стене гостиницы «Москва». «Лучше об стену со всей дури», - подумал он. – «По крайней мере – наверняка». Заяц уже понял ход мыслей Егора, и решил, что молчать дальше нельзя.
-- Слушай, ну давай успокоимся, а? Ну, мы же цивилизованные люди. Опять же… третье января не за горами. Помнишь? Рокировка с шефом.
Егор опустил уже занесённую для броска руку. Видя, что инициатива перешла к нему, Заяц немного осмелел.
-- Сам виноват. Я же тебя предупреждал – без сантиментов. А то… «девушка, девушка…». Ясное дело, что она расстроилась тут же. Ей твои рулады слушать, особого желания нет. Она не разговоры разговаривать на улицу выползла в такой мороз. И наушник… я же тебя предупреждал. Где наушник?
Егор положил Зайца в карман пальто, процедив сквозь зубы:
-- Ладно, живи пока.
Затем достал телефонный девайс и засунул его себе в ухо.
-- Вот, так гораздо лучше, – подал голос Косой.
Егор закурил. Несколько минут оба молчали. Наконец, из кармана послышалось:
-- Не хочешь ещё раз попробовать? Только сделай всё так, как я тебе сказал. Просто, подойди и скажи, что хочешь её трахнуть. Отыметь. Совокупиться с ней.
-- Так вот прямо и сказать? А если она заартачиться? – с сомнением спросил Егор.
-- Предложи ей сто баксов.
-- А с чего ты взял, что она возьмёт бабки… ну, в смысле… будет трахаться за бабки…
-- За бабки все трахаются. Вопрос цены.
-- Ну, знаешь, – возмутился Егор. – Любовь не продаётся, чтоб ты знал!
-- А кто тут говорит о любви?
Из прорези кармана появилась блестящая голова зайца. Он внимательно посмотрел на Егора. Сощурился и саркастически хмыкнул.
-- Знаешь, твоя жена права. Тебе действительно нужна нянька. Ты что, собирался заводить с ней продолжительные отношения? Любовь крутить?
-- А почему бы и нет, – ответил Егор. – Вполне приличная девушка.
-- А тебя не смущает, что она проститутка?
-- С чего ты взял? – вопросом на вопрос ответил Егор.
-- Ну да. Она тут Деда Мороза ждёт, ага. Пытается зацепить своё ускользающее детство. Оделась понаряднее, чтобы на дедушку впечатление произвести. И мёрзнет здесь в короткой юбчонке.
Егор отшвырнул окурок. Помялся с ноги на ногу. «А ведь прав Косой», - подумал он, - «похоже, что прав». Кого она тут ждёт в одиночестве? Парня? Такие девчонки парней не ждут. И как это он сам не допёр. Откуда стеклянный хрен всё знает, вот в чём вопрос. Из коробки на антресолях?
Заяц, видимо мог читать мысли, поэтому сам разъяснил, что к чему.
-- Ты, Егорка, меня раньше в «Советский спорт» заворачивал. Или в «Правду». А последнее время, всё больше в «Спид-инфо» да в «МК», ну и в прочую жёлтую прессу… а там только о проститутках пишут.
-- Я тебя в этом году в предвыборный бюллетень заверну. Будешь мне на следующий год про политику рассказывать.
-- Проституция и политика в одной плоскости лежат. Так что ничего нового ты от меня не услышишь – ответил Заяц. – Разница только в том, что в первом случае ты трахаешь кого-то за бабки, а во втором – тебя трахают бесплатно. Ну, или… иногда за твои же кровные. Слушай, время идёт, а мы всё трём. Драйва нет. Ты смотри, Егор… такие девочки подолгу не стоят. Уведут ведь.
-- Ладно, давай сто баксов, пойду ещё раз попытаюсь, – решительно сказал Егор.
Заяц рассмеялся. Завертел головой, отчего уши его замотались из стороны в сторону, сверкая бликами новогодних огней.
-- Где я тебе сто баксов возьму? У меня их нет.
-- У меня тоже нет, - сказал Егор. – Что делать будем?
-- Заработай. Хочешь девочку поиметь, иди и потрудись.
-- Где же я тебе сотню бакинских срублю в новогоднюю ночь? Да ещё быстро? – злобно спросил Егор. – Ты мне обещал, что девчонка моя будет! Соврал, значит? И я ещё пёрся сюда через весь город, как последний придурок.
-- Успокойся. Я тебе могу помочь. Получиться быстро и без особых усилий. Только на этот раз всё сделай так, как я говорю.
-- Валяй, что там у тебя, – согласился Егор и, потирая озябшие руки, посмотрел через плечо на девушку. Она всё ещё стояла на том же самом месте.
-- Сейчас эта пьяная орава будет запускать фейерверк. Ты подойдешь к ним и скажешь, что на спор можешь засунуть себе в задницу горящую петарду… Подожди, не перебивай! И пробежать с ней вдоль Александровского сада. И попросишь за это сто долларов. Они согласятся, это я тебе обещаю. Они, кстати, и за двести согласятся. Это так – информация к размышлению.
-- Ты охренел, скот! Ты что думаешь, я совсем псих? С факелом в жопе по морозу бегать! Да я тебя, гад…
-- Ты даже на это не способен ради понравившейся тебе девочки. О чём с тобой вообще можно говорить? Ладно, пошли к машине… домой поедем. Праздновать.
Егор подумал о том, что дома его ждет недопитая тёплая водка, оливье с прогорклым майонезом, телевизионное шоу и бескрайняя унылая пустота. Представив всё это, Егор задумался. А стоит ли возвращаться, если он уже так далеко зашёл? Конечно, бегать по центру города с петардой в жопе, особого желания он не испытывал. Но вернуться сейчас домой… хотелось ещё меньше. Да и доказать этому стеклянному болвану, а заодно и себе самому, что он ещё готов ради достижения цели на что-то действительно героическое…
-- Ладно, Косой, пробегусь. Трусы только снимать не буду. Дырку проделаю. А то – позорно уж очень. Сговорились за двести баксов, как и обещал Заяц.
Егор перебирал разложенный на снегу арсенал. Косой еле слышно давал советы, высунув голову из кармана.
-- Да нет, ты что! От этого может всю жопу разворотить. Ну и что? Подумаешь – тонкий! Ты выбирай не тот, что тонкий, а тот который не взрывается. Который горит, выбирай. Как на торте, да… Уж мне поверь. Я в этом толк знаю. Ага… Да, вот этот подойдёт. Отличный выбор. Просто отличный. Очень красиво будет… Да я и не подьёбываю. И в мыслях нет. Попроси, чтобы ножичком подтесали слегка. И вазелин попроси.
-- Откуда у них вазелин?
-- Ты попроси, у них есть. Ты забыл, с кем имеешь дело, – обиженно ответил Косой.
-- Мужики, ножик есть? – обратился Егор к компании.
Кто-то из ребят протянул ему перочинный ножик. Егор чуть подправил деревянный кончик петарды. Прикинул на глаз. Должен войти. Без всякой надежды попросил вазелин. К его удивлению, вазелин нашёлся. Причём, целая банка, грамм на двести. «Пидары, наверное», - подумал Егор, стыдливо снимая штаны и поёживаясь от холода.
В самый последний момент он засомневался. Ситуация, показалась ему до предела абсурдной. В голове крутился целый ворох мыслей. Представил, что бы подумала Ленка, если бы увидела его сейчас. Думал о том, что ради неё он никогда ничего подобного не делал. И о том, что всё это слишком похоже на сон.
Егор снова ущипнул себя за ухо, за голую ногу. Нет. Не сон. Не сон.
-- Ты нагнись, чтобы ноги не подпалить, – советовал Заяц. – Всё время беги нагнувшись, понял. Полы пальто придерживай, и руки в стороны расставь. И не переживай, главное. Пять минут полёта – и всё! За двести баксов – это того стоит, поверь мне. Девочка за эти бабки под тобой два часа пыхтеть будет… подумай об этом.
-- На старт! Внимание! Зажигай!
-- Пошёл!!! Давай!
И Егор дал.
Сложившись пополам и расставив в стороны руки, он нёсся навстречу летящему в лицо снегу, оставляя за собой сверкающий в темноте след. Полы пальто развевались на ветру, придавая Егору сходство со скользящим над поверхностью земли истребителем. Сзади раздавалось улюлюканье, свист и почему-то крики «браво».
-- Вправо! Вправо забирай! Куда ты ломишься, чёрт! – истошно орал из кармана Заяц.
Но Егор уже ничего не слышал. Наверное – это и называется упоение полётом. Он получил такую порцию адреналина, что ничего не видя и не соображая, пронёсся под проёмом ворот и вылетел на Красную Площадь.
Взяли его как раз напротив Мавзолея.
***
В «обезьяннике» было не густо. Егор, Косой, да ещё пара бомжей, которых и подобрали то для того, чтобы те не замёрзли на улице. При обыске, менты зайца забрали, но через какое-то время он незаметно прокрался в камеру и запрыгнул в карман Егорова пальто. И сидел там ниже травы. И тише воды.
Егор, облокотился на прутья решётки и, обращаясь к сидевшему за столом молоденькому летёхе, тошнил последние минут пятнадцать:
-- Слушай, лейтенант. Ну, отпусти ты меня ради бога. Я себе домой поеду потихонечку.
-- Без штанов?
-- Да у меня и машина тут… рядом совсем. Мы добежим.
-- Кто это «мы»? – лейтенант подозрительно посмотрел на Егора.
Рассказывать про Косого Егор не стал. Перспектива переселения из дежурной части в больницу Кащенко, ему не улыбнулась. Он махнул рукой и вернулся на привинченную к полу скамейку. Из кармана пальто осторожно высунулась голова Зайца. Косой попытался изобразить улыбку.
-- Слыш, брат… Ты зла то не держи на меня. Я же кричал тебе… ну, чтобы ты вправо загребал. Какого чёрта тебя на площадь то понесло?
-- Выйдем отсюда, я тебя, гада, сразу и раздавлю. Прямо у входа в ментуру. Подохнешь, сука, позорной смертью, понял? – процедил Егор сквозь зубы. – Мало того, что я даром бегал по морозу с ракетницей в жопе, так теперь ещё и Новый год в камере встречать придётся.
-- Ты не думай о плохом, Егор. Думай о хорошем, – уговаривал Заяц. – О позитиве.
-- А что позитивного?
-- Ну… ты, по крайней мере… получил бесценный опыт.
-- Например?
-- Нельзя бегать без штанов по Красной Площади – это раз. Можно пробежать несколько сотен метров с петардой в заднице и не обжечься – это два. Если заниматься этим регулярно и за деньги, то за вечер можно зарабатывать до тысячи долларов – это три. И ещё…
-- Хватит! Заткнись уже.
Беседу прервал голос лейтенанта.
-- Эй, Гастелло, давай на выход. Твои штаны принесли.
Егор стоял на крыльце дежурной части и держал в руке стеклянного Зайца. Косой нервно сглотнул и поднял глаза на Егора.
-- Кончать меня будешь? Что, и не дрогнет ничего внутри?
-- Нет. Не дрогнет.
-- Ну что же… хозяин – барин. Значит, третьего числа Колесов тебя будет на планёрке сношать, а не ты его… так тому и быть. Но мне, как новогоднему зайцу, обидно…
-- Ты манипулятор, а не заяц, – прервал Косого Егор. – Ты из меня сегодня посмешище сделал.
-- Если бы ты меня слушался, и делал так, как я говорю – всё было бы тип-топ. Давно бы уже свою красавицу пялил. И водку свою любимую пил… ты, кстати, водочки не хочешь?
-- Да где её взять в начале двенадцатого ночи? Да ещё под Новый год? – Егор косо посмотрел на Зайца. – Опять в жопу свечку вставить, и вокруг отделения побегать, чтоб менты налили… или ещё что придумаешь?
-- Зачем ты так, друг?
-- Да какой я тебе нахер, друг? Тамбовский волк тебе друг, понял!
-- Если свернёшь сейчас налево за угол… прямо тут, за отделением, то в сугробе найдёшь две бутылки «Московской». Мусора дежурные припрятали, чтобы ночью забухать. Можешь позаимствовать в качестве компенсации за моральный ущерб. – Голос Зайца стал заискивающим и елейным.
Егор недоверчиво посмотрел на Косого, глянул через стекло входной двери в дежурную часть. Заняты. Строчат протоколы. Прошёл до угла и повернул. Взъерошил снег носком ботинка и наткнулся на что-то твёрдое. Наклонился и запустил руку в сугроб. Пальцы нащупали холодный и гладкий стеклянный бок. Егор зацепил бутылку и, уже на ходу, сунул её за пазуху.
-- Ну вот, видишь? Мне можно доверять, если делать так, как я…
-- Заткни пасть. Ты утомил меня уже за сегодня. Сенсей хренов.
Пройдя пару кварталов, Егор остановился и взглянул на часы. Без пяти двенадцать. Через пять минут – Новый год. До дома добраться он уже не успевал. Зашёл в ближайший подъезд, отвинтил крышку и, шумно выдохнув, залил в горло треть бутылки. Глотку обожгло холодом, зато кишки мгновенно расползлись от накатившего тепла. Егор взболтал бутылку и уже в два приёма, давясь, отпил ещё треть. Недопитую бутылку спрятал во внутренний карман пальто. Присел на ступени и закурил. Заяц, всё это время хранивший молчание, негромко и заискивающе произнёс:
-- С новым годом, друг. С новым счастьем.
-- Ага. И тебя, – ответил Егор, икнув на конце фразы. – Ладно, Косой. Я добрый сегодня. Поехали домой… догуливать.
***
Пересекая Садовое Кольцо, Егор заметил сквозь разыгравшуюся метель, нервно замигавший жезл и алчно блеснувшие отражатели на куртке гаишника. Заметил, но поздно. Скорость была далеко за восемьдесят. В салоне разило перегаром. В довершение ко всему, Егор забыл включить ближний свет. Притормозил, уже проскочив патрульный BMW, и остановился у бордюра. Открыл окно и стал усиленно выдыхать, разбавляя перегаром воздух морозной ночи.
-- Косой, ты не спишь? У нас жопа.
-- Мы никогда не спим, – бодро ответил Заяц. – Я всё видел. Не делай глупостей, а предоставь всё мне. И прошу, не облажайся хотя бы в этот раз.
-- А что хоть делать?
-- Ничего особенного. Хами побольше, это у тебя хорошо получается – остальное я сам сделаю.
Гаишник вразвалочку подошёл к машине и небрежно махнул правой рукой возле виска.
-- Старший лейтенант Страхов. Документы попрошу.
Егор даже не пошевелился и тупо посмотрел сквозь лобовое стекло.
-- Алё! Вы слышали, товарищ водитель.
-- Тамбовский волк тебе водитель, – невнятно, но достаточно громко ответил Егор.
Старлей Страхов облокотился на дверь и просунул голову в салон. Нюхнул воздух и скривился.
-- Да-а – протянул он. – Проблемы у вас.
-- Это у вас проблемы, – Егор посмотрел на погоны гаишника и добавил, – полковник.
-- Выйдите из машины, пожалуйста.
В этот момент в кармане Егора зазвонил мобильный телефон. Сунув руку в карман и, пошарив, нащупал только стеклянного Зайца.
-- К уху… к уху меня поднеси, – услышал он.
Егор вытащил из кармана ёлочную игрушку, и демонстративно поднёс её к уху.
-- Алло.
-- Здравствуй Егор, – услышал он голос Лены и икнул от неожиданности. – Ты вообще нормальный человек, или как?
-- Лена, ты чего?
-- А ты чего? Ты знаешь сколько времени?
-- Нет. А сколько?
В этот момент Старший лейтенант Страхов рывком открыл дверцу машины. Степень его раздражения превысила допустимые уставом нормы.
-- Прекратите паясничать и выйдите из машины!
-- Скажи ему, что у тебя звонок по второй линии, – услышал Егор голос Зайца. – Срочный.
Егор, прикрыв Зайца-мобилу ладонью, повернул голову в сторону старлея.
-- Командир… ещё один звонок, и всё. Надо ответить… это по работе. Срочный, командир. Очень срочный.
Страхов тем временем переговаривался по рации с сидевшим в патрульной машине напарником:
--Давай сюда. Тут у меня хрон какой-то… да… еле за рулём сидит… Да, в жопу… В конкретную, причём. Обдолбанный, вроде. С зайцем разговаривает. С зайцем, да! Вещдоки прихвати… подбросим. Ага… Давай подходи,… нет, я один не справлюсь.
Старлей отключил рацию и, уже обращаясь к Егору, сказал:
-- Я попрошу вас покинуть автомобиль и проследовать на освидетельствование.
Страхов отошёл чуть назад, пытаясь рассмотреть салон машины через заднее стекло.
Егор тем временем поднёс к губам указательный палец, продолжая другой рукой удерживать возле уха стеклянного зайца.
-- Добрый день. Это полковник Белоконь говорит. Старшего лейтенанта Страхова можно к телефону? – услышал Егор совершенно незнакомый ему голос.
-- Да, он рядом со мной стоит… ругается чего - то… сейчас. Алё, ты где там, Страхов, блять?
Егор попытался выйти из машины, оскользнулся и упал на одно колено в слежавшийся снег. Чертыхнулся и, приподняв руку, протянул Косого в сторону старлея.
-- Это тебя… Белоконь какой-то… Не ведаю, что за хрен такой, но уж больно строгий.
-- Кто? – Страхов удивлённо приподнял брови и выпрямился.
-- Белоконь какой-то, говорю же… полковник.
Старлей взял Косого и недоверчиво покрутил его в руке.
-- Ты что, мужик, совсем ёбнулся? – спросил он и в этот момент из утробы стеклянного Зайца послышался раздражённый голос:
-- Алло! Долго мне ещё ждать?
Страхов вздрогнул и вытянулся по стойке смирно. Видимо, узнал голос. Продолжая вертеть в ладони Зайца, шёпотом спросил у Егора:
-- Слыш, куда говорить-то?
-- Туда, где у него жопа, – ответил Егор, потирая ушибленное колено.
-- А слушать откуда?
-- Откуда и всегда, старлей. Из жопы.
Страхов поднёс Зайца жопой к уху, и откашлявшись, выпалил скороговоркой:
-- Старший лейтенант Страхов у телефона.
--Вы что там, охуели совсем, лейтенант?
-- Я… я…
-- Мне только что из ГРУ звонили! Сам генерал Вахромеев. Построил меня, как мальчика!
-- Товарищ полковник… - начал было оправдываться Страхов, но на том конце провода не собирались слушать никаких оправданий. Белоконь был в ярости.
-- Я вам, блядь, устрою весёлую жизнь. Ты у меня вылетишь с тёплого места, Виталик! Я тебе покажу, как задерживать сотрудника разведки, да ещё на боевом задании! Немедленно вернуть документы и отпустить товарища… этого… Егора. Генерал-майора Егора… не важно, короче. Выполняйте!
-- Мы не изымали документы…
-- Всё равно верните!
-- Есть!
В этот момент подошёл второй патрульный и встал рядом со старлеем. Страхов подобострастно выпрямился и протянул Егору Зайца. Егор принял Косого из рук Страхова и засунул его в карман пальто. Облокотился на дверь и присел боком на водительское сидение.
-- Закурить есть?
-- Есть… есть, товарищ генерал-майор.
Оба гаишника, толкая друг друга, протянули ему по пачке сигарет. Услужливо чиркнули зажигалками. Егор глубоко затянулся, и устало посмотрел вдаль.
Страхов с напарником уныло топтались рядом с машиной Егора. Наконец, старлей решил нарушить молчание.
-- Разрешите идти?
Егор лениво и протяжно сплюнул в снег и, не глядя на гаишников, спросил:
-- Израильский военный вертолёт не пролетал? Минут десять назад?
-- Нет… не видели, вроде… не замечали ничего подобного, товарищ генерал-майор, – затараторили гаишники.
-- Так – нет или не замечали?
-- Нет, – ответил напарник Страхова. Не проезжал… не пролетал, то есть.
-- Плохо. Это очень плохо.
Услышав это, гаишники занервничали. Не хватало ещё сорвать боевое задание Главного Разведуправления.
-- Ладно, можете идти, – вальяжно произнёс Егор и захлопнул водительскую дверь. В открытое окно, уже в спину семенящим к патрульной машине ментам, крикнул, – и оповестите там своих… ну, чтобы не тормозили меня.
-- Слушаюсь! – ответили хором.
***
Стеклянный Заяц понуро сидел на контейнере с винегретом и методично постукивал лапой по полупустой бутылке.
Егор лежал на ковре возле ёлки и боролся со сном. Думал о том, что неплохо было бы слетать в Красноярск. Подновить оградку на кладбище, да и могилу отца разыскать… и про Ленку думал. Напрасно он сегодня так с ней… Нужно будет позвонить завтра. Извиниться и поздравить по-человечески.
-- Слушай, Косой… наверное, не надо никакой рокировки. Ну, третьего января. Не лежит у меня душа что-то. Колесов, конечно, козёл редкостный… но я не хочу уподобляться, понимаешь?
-- Как хочешь, дело твоё.
-- Что-то свалило меня сегодня. Кислороду лишнего хватанул, наверное. Как думаешь?
-- Думаю, водки скорее.
-- Ты сам мне последнюю бутылку подогнал. Так что не надо.
Заяц промолчал. Он думал о том, что за последние тридцать пять лет – это был, пожалуй, самый запоминающийся день в его жизни. Даже покруче переезда из Праги в Красноярск. И уж гораздо интереснее, чем тогда – когда он целый год пролежал в коробке, завёрнутым в обрывок журнала «Кролеводство и Зайцеведение». И всё это благодаря тому, что Егор снял его вчера с ёлки. Нет, сначала разговаривал с ним. И не так как в детстве, а совсем по-другому. Как с равным. Даже чокался. Размышляя об этом, Косой продолжал отстукивать лапкой по бутылке.
-- Слушай, Косой… ну, ты задрал уже… И так голова гудит, тут ты ещё… «бум-бум, бум-бум». Сколько можно?
-- Прости.
-- Бог простит.
-- Хороший ты человек, Егор. Почему ты один, непонятно…
-- Потому и один, что хороший. Ты вот… тоже один, по сути. Потому что все эти новые игрушки, – Егор мотнул головой в сторону аляповато украшенной ёлки, – не ровня тебе. Хотя ты и облезлый слегка, но есть в тебе что-то… душа, что ли?
Он помолчали с минуту.
-- Слыш, Косой… давай повторим как нибудь.
-- Ну, это только на следующий год. Если прессу интересную мне подгонишь в качестве обёртки… я подумаю тогда.
-- Плейбой подойдёт?
-- Нет, не подойдёт.
-- Почему?
-- Да потому что у вас всё не как у людей. Мне бы, что нибудь про зверей, – мечтательно произнёс Заяц.
-- Ладно, я посмотрю, что можно будет сделать. Ты только не думай, что я прям так в тебе нуждаюсь. У меня и самого, знаешь… идеи имеются.
-- Ну-ну… спеси то поубавь, товарищ генерал-майор… А то я не в курсе твоих идей. Да если бы не я – ты сейчас в поликлинике в пробирку бы ссал. Или жопу свою по кускам собирал в Александровском саду…
-- Если бы не ты, Косой… я бы сейчас водку пил возле ёлки… и Надю Кадышеву слушал. Кстати… выпить нужно. Новый год всё-таки. Выпьешь со мной?
Заяц поморщился.
-- Нет, я не пью. Но, ты налей… я понюхаю.
Егор достал из буфета вторую рюмку. Налил. Поднял свою и протянул вторую рюмку Зайцу.
-- Ну, с Новым годом, Косой.
-- С Новым годом!

Всех оставшихся в живых – с прошедшими.
12.2009 vpr

Posted by at        
« Туды | Навигация | Сюды »






Советуем так же посмотреть

Комментарии
Perkin Zelenograd
11.01.10 16:30

 
Perkin Zelenograd
11.01.10 16:31

пиздец сломался скролл

 
Perkin Zelenograd
11.01.10 16:32

ну че де все то?

 
Бублик
11.01.10 17:34

дахуя...

 
CAHbKA
12.01.10 11:53

Читать или нечитать?

 
хуйвпальто
12.01.10 14:33

читабельно

 
SLVN
03.02.10 15:41

Класс! Автор молодчина!

 
tarabon
13.02.10 23:33

Зацепило... аффтар малаток.

 


Последние посты:

Девушка дня
Итоги дня
Глава родительского комитета
Фен Шуй
Как меня ребенком в милицию забирали
Экскаваторщиков лучше не трогать
Как из умницы превратиться в тварь: пособие для девушек
Расширяем словарный запас
4 вида спорта, от которых потом член не стоит
Правильные наряды к Новому году


Случайные посты:

Сыр не пройдет!
Празднуем!
16 причин, которые не дают простому человеку заняться физкультурой
Роды на федеральной трассе
Девушка дня
"Капитан дальнего плавания"
Alles Gute zum Geburtstag!
Новый клип Ленинграда
Когда жена быдло
Собака-кодировака