Не, я вот хуею над животноводами…
Не подумайте, что над фермерами глумиться буду! Выращивают крестьяне скотинку всякую, к примеру, коров. Корова – это мясо. Это молоко и кисломолочные продукты, если в корень зреть. Или вот свиньи. Опять же мясо. Шашлычок на природе уважаешь? Мангальчик прогорел, мяско на шампурчиках шкворчит, запах – пиздец и не жить, одуреешь, и ты стакан из запотевшей бутылочки наливаешь, в себя вдумчиво инвестируешь, и закусываешь ароматным кусочком... То-то!
Или, к примеру, овцы. Овца – это мясо. Это, блядь, шерсть. И по зиме в тулупчике овчинном бодро так по морозцу на работу пиздюхаешь, и по хую веники этот мороз. Тепло, и жопа не мёрзнет.
Ну, некоторые ещё и овец по-другому употребляют, но это частные случаи и извращение. Хотя, с другой стороны, хуле, там, в очень южных и гористых местностях нравы строгие – невесту хуй до свадьбы выебешь. Только собрался подкатить яйца – а она такая: «А вот хуй вам на воротник, уважаемый Магомед, а то папа узнает – кинжалом зарежет, а вас кастрирует нахуй! А в жопу не дам!» И чё ему делать? Хуй стоит, маракасы звенят. И ведь не подрочить – «шкурку»-то оттяпали в глубоком детстве! Вот и идёт этот животновод в отару, и выбирает овечку посимпатичнее, ну, и присовывает вялого овце. Та-то рада-радёшенька – не каждый же день её баран покрывает! Тащится, короче.
Впрочем, не о них…
Я о животноводах, которые домашних животных держат.
Вот, кореш мой Евген, к примеру. Собачку породы чихуянихуя завёл. Маленькая такая, калибром с крысу. Масенький такой чихуяхуёныш, но, сука, уже пару ботинок изгрыз, и полквартиры зассал. Раньше-то у него кобель был, болонка (или болон?) – лохматое уёбище, сразу и не разобраться, с какой стороны подсрачник дать. Этот, гад, приохотился кошек ебать. Выведут его на двор, он кошку зажмёт – и пиздец. Пока не выебет, не отпустит. Так после него, как Евген в двор выходил, все кошки на него умильными глазами смотрели…
Или хомячки. Они ж, падлы, жрут, как не в себя, а серят, заметьте, в два раза больше. Была у меня парочка, приходишь утром – запашина стоит, хоть топор вешай, и говно хомячиное вперемежку с кормом на весь кабинет раскидано.
Но это всё прелюдия была.
Напарник мой Олег, сука, попугаев как-то на работу притащил. Для красоты, блядь. Двух. Сидят себе в клетки, сёмки, как гопники, лузгают, да чирикают по-своему. Но не говорят ни хуя. Зажрались.
Олегу идея пришла – трындеть их научить. И как сядет возле клетки, и давай: «Хромову –ура, ура, ура!». Хромовым, если кто не в курсе, начальника нашего звали. Точнее, не звали, а он сам приходил. Приходил он только в трёх случаях, записывай:
1. Доебаться.
2. Бухнуть.
3. Доебаться и бухнуть.
В общем, у Олега мысль возникла – научить попугаев шефа славить, глядишь, и очередная звёздочка на погон! Сука и приспособленец…
А нам с Нюской хуль? Нюська – это тоже напарница наша, лейтенантка. С ебательной точки зрения очень даже – третий сисечный размер, и ебальце смазливое. Только мы её не трахали – на работе работать надо, деньги налогоплательщиков отрабатывать! Полный целибат, одним словом.
Сидим, в общем, работаем, ни палки себе не позволяем, над потугами дедушки Дурова в лице Олега уссываемся втихаря. Но Олежек же не вечно будет своих питомцев воспитывать – то поссать сходит, то бумаги подписать.
А мы с Нюськой в это время к попугаям: «Хромов – мудак! Хромов – пидарас!», и так в цикле.
Похуй. Молчат попугаи. Только тренькают, падлы, по своему. А Олег за своё: «Хромову –ура, ура, ура!». Упорный, блядь.
Неделя проходит. Потом ещё одна. Олег заскучал… Но, как говорится, всё решил Его Величество Случай…
Сидим как-то вечером, Олег с Нюськой что-то пишут, а я план оперативных мероприятий печатаю. На компьютере, думаете? Ан хуй! На пишущей машинке, блядь… Что за план – не скажу, ибо секретный. А от печатанья у меня уже пальцы стали – чакноррисы доморощенные сосут. Фильм детства помните, «Не бойся, я с тобой» называется, где Дуров (не дрессировщик, актёр) пальцем бачок для питья прохуячивает, не поморщившись? Вот. У меня такие же стали.
Ну, и тут начальник заходит. Доебаться. Или выпить, как сказано выше. И тут попугайчики запесдели, прямо скажем, не совсем по сценарию Олега.
- Хромов – мудак! – авторитетно заявил один.
- Хромов – пидарас, пидарас, пидарас! – заверещал другой.
«Пиздец!» - подумали все.
«ПИЗДЕЦ» - как-то сама собой отпечатала моя пишущая машинка в конце уже готового очень секретного плана.
- Ёбана… - высказал умную мысль шеф. – Бля… - понеслась ещё одна.
Олег, как осьминог, съёбывающий от хищника, стремительно менял цвет. Сперва он был красный, потом побледнел, а через минуту стал синеть.
Я закурил. Нюська стала заботливо пудрить прыщик на носике.
-Ахтыжёбаныйблядьнахуй! - выдал шеф. – Это кто это тут очередное звание дожидается? И кому на новый год дежурить хочется, а? Суки…
Олег аннигилировал до уровня аминокислот. Но перед этим, кажется, успел набздеть.
Нюська закончила тюнинг, и ела начальство глазами.
Я вздохнул, лязгнул ключами в сейфе, открыл дверцу, и достал заваленный делами литр. Хрустнула пробка.
* * *
- А этих - ик! - пиздоболов, - шеф, покачиваясь, кивнул то ли на попугаев, то ли на нас с Нюськой – убери нахуй. От греха подальше… Я – ик! - природу люблю, но могу и из табельного…
Умирать не хотелось ни нам, ни попугаям. На следующий день пернатых Олег унёс домой.
- Серый, есть тема! – заявил он ещё через день. – А давай рыбок заведём, а? Эти хоть не песдят…
© Штурм
