Зеркало




04 сентября, 2015

Осень наступила, выросли цветы

Снова осень. Снова небо – то цвета прокуренного потолка, то мокрой пыли. Войлочные тучи бегут на юг. Эмигрируют, сволочи. Влажный холодный ветер. Вездесущий, как Путин. Кажется, что он дует сразу со всех сторон. В России осенью в какую сторону ни пойди, все равно ветер дует в морду. Афористично получилось. Грубовато, но ёмко.
В голове незатейливо сами собой повторяются стихи. То про «осень наступила, высохли цветы», то про «наступила осень, отцвела капуста».
Помню, моя бабушка, патологический оптимист, осенью, в самые тоскливо-дождливые дни, весело напевала:
- Осень наступила, выросли цветы!..
- Ба, да не «выросли», а «высохли»…
- Ну да, Вовунчик, ну да, «высохли», конечно, «высохли», Вовунчик ты мой золотой… Как же это они могут вырасти осенью-то? А? Никак. Старая я лохань. Дура склерозная. Всё перепутала…
А через пять минут опять:
- Осень наступила, выросли цветы!..

Такая уж она была, моя бабушка: цветы у нее растут, птицы поют, люди радуются. А всё остальное, когда все не поет, не растет и не радуется, как она говорила, - «накипь».
Я так не умею. Мне надо поскулить. Поскулил – полегчало. Единственное, что помогает – воспоминания. Желательно приятные.
Вот одно приятное воспоминание.
Этим летом мы с друзьями ездили на рыбалку. Не могу сказать, что я фанат рыболовства. Но за компанию можно и посидеть с удочкой.
Поехали мы на неделю. Втроем. Павлик, Антоха и я. Классика жанра: три суровых мачо едут на рыбалку. Мужественные, как Хемингуэи. У Хэмингуэя Павлика лысина и очень большой живот. (Когда ему говоришь: «Павлик, ты толстый», - он отвечает: «Я не толстый, я пухлый».) Хэмингуэй Антоха, наоборот, тощий и лопоухий. А у Хэмингуэя Вовы вообще – очки, сколиоз и плоскостопие. А вот геморроя и простатита нет – этим не прошибёте.
У нас с собой была резиновая надувная лодка, спиннинг, удочки, набор японских блесен, подсачек. Ясное дело, палатки, спальники и так далее. И, разумеется, заветная канистра, чтоб согреться если вдруг что. А это «если вдруг что» - оно у настоящих мужественных рыбаков бывает каждый вечер. Под уху. Или под макароны с тушенкой. Или под жареные грибы.
Жены проводили нас своими типичными женскими напутствиями. Типа: «ты там много не пей» и тому подобное. Убогие существа… Односторонние и тенденциозные.
Сели мы на Антохин джип, поехали. До озера Р., на котором мы рыбачим почти каждый год, километров триста с небольшим. Едем. Накопали по дороге червей в навозе у знакомого коровника. Черви там хорошие, жирные, как живые сосиски. Приятного аппетита.
Приезжаем на место. Разбиваем палатку. Мастерим коптильню. Раскладываем снасти. Разжигаем костер. Рыбачим.
На озере Р. – блаженство. Сосны, песок. Вода чистейшая и йодистая, как будто в ней развели хну.
Вечером на закате тишина, что называется, звенящая. Сидишь как в гигантском сине-алом колоколе.
И вдруг жерех ухает своим хвостищем.
Эхо стеклянными шариками рассыпается на воде. Звук – как будто медленно разбивают зеркало. А тут как раз клюет. Начался вечерний жор. Поплавок подрагивает. Наверное, подлещик: он, подлец, любит сначала поиграть с червячком. Поплавок подергивается, подергивается и наконец заныривает, издав звук поцелуя.
Па-а-адсекаем!
И – вот он! – размером с ладонь, весь перламутрово-жирный в нимбе багрово-закатного солнца. Лениво, безнадежно вихляется на золотой леске.
Павлик кричит:
- С почином тебя, Станиславич!
Я, как настоящий стоический старик Хэм, равнодушно, с легкой счастливой дрожью в голосе:
- Нормальный подлещик.
А про себя шепчу:
- Жампета!
«Жампета» - это любимое словечко моего трехлетнего сына. Что такое «жампета», я не знаю. Всё, наверное, что угодно. Радость, гнев, гордость, отчаяние, боевой клич, счастье. Раньше у него было слово «гигига», потом какое-то «пуманя»… Слова эти меняются каждые две-три недели . «Жампета» держится уже второй месяц.
Помню, сын сидит на горшке, какает. Я сажусь рядом с ним на корточки. Но у меня совершенно иная цель. Я спрашиваю его:
- Вась, скажи мне, а что же все-таки такое «жампета»?
Он напряженно смотрит на меня, кряхтит, краснеет. Сейчас покакает. Я слышу характерное, так сказать, урчащее потрскивание. Всё. Свершилось. Его лицо разглаживается, добреет:
- Жампета, папа, - это … (пауза) жампета!..
Ну, тогда все ясно. Жампета – это жампета. Любовь – это любовь. Жизнь – это жизнь. Счастье – это счастье. И никакой казуистики. Так держать, сынок.
Я кидаю подлещика в ведро. Он устало-жеманно, как пресыщенная одалиска, изгибается туда-сюда и затихает.
Хлюпнуло слева за кажущейся синей от закатного солнца осокой. Это Антоха. Я кричу:
- Есть?!.
- Сорвался, с-скотобаза… - рычит Антоха.
- Подлещ?!
- Ерш, з-звероферма!..
- Ну и пес с ним. Там одни кости. Он типа тебя. Собачья радость.
- Ра-а-дость, - передразнивает Антоха и, с угрозой: - От ерша – навар.
Хлюпнуло справа, за ивой. Это Павлик.
- Есть?!
- Уя-яй! Гля, какая чушка!.. Чуть леска не лопнула!
Мы с Антохой бросаем удочки и бежим к Павлику. Павлик сияет и тяжело дышит ртом и животом. У него в руке подсачек. В подсачеке – окунь. Здоровый, раза в три больше моего подлещика, жирный и золотой. От него пахнет холодным железом. Он тоже тяжело дышит животом и ртом, как Павлик.
- Уя-яй! – стонет, задыхаясь от счастья, Павлик.
Павлик очень любит слово «уяй». Это любимое слово его дочки.
- Да-а-а-а! – мотает головой Антоха. – Вот з-звероферма…
Антоха очень любит эти слова: «звероферма» и «скотобаза». Он позаимствовал их у сына.
- На тебя похож, - говорю я Павлику. Поздравляю. Подобное тянется к подобному.
- Полкило, не меньше! – стонет Павлик, не замечая моего наезда.
- Больше, - говорит Антоха. – Грамм шестьсот.
- Уя-яй!
Мы продолжаем ловить.
Я ловлю еще одного подлещика. Антоха – хорошего леща. Большого, толстого, словно вылепленного из желто-зеленого мокрого пластилина. Павлик – трех ершей. Темнеет. На уху наловили, даже больше. Леща завтра закоптим.
И вот – поздний вечер, два котелка – с ухой и кипятком для чая.
Три алюминиевых миски, три алюминиевых кружки, три хохломских ложки. Уха почти готова. Темно. Павлик светит на нее фонариком. Там – целый клокочущий, благоухающий, волшебный мир. Мы сидим, шмыгаем носами, чтобы замаскировать сглатывание слюны.
- Да готово уж! – говорю я обиженно.
- Погодь.
Павлик суров, но справедлив.
Ждем.
- Ну?! – это уже Антоха.
- Погодь.
Ждем. Павлик дегустирует уху. У него очень мудрое лицо. На нем – нечеловеческое бремя ответственности за судьбу мира.
- Ну?! С-скотобаза!.. Чего ты нас мучаешь-то?
Царственная пауза. Павлик дегустирует. Выражение лица – как будто он вслушивается в классическую органную музыку.
Наконец:
- Неси лялю.
Я вскакиваю и бегу за канистрой. Разливаем. Сначала – уху. Потом – «лялю». По пятьдесят.
- Ну, за полноту бытия, - говорит Антоха.
- За нее, - говорит Павлик.
- Поддерживаю, - говорю я.
Ледяная водка (канистра несколько часов простояла под родниковой струей) тягуче вкрадывается в желудок. И тут ее накрывает сладкая огнедышащая лава ухи. Мы стонем, утираем рукавом блаженные сопли. Мы синхронно кусаем черный хлеб. Затем – опять синхронно – луковицы. Сосредоточенно жуем. Звучит дружный треск, похожий на треск салюта. Стоны. Уха. «Уя-яй!» Утирание соплей. «С-скотобаза!» Хлеб. Лук. «Жампета!» Уха. Стоны.
- Господи, вот оно, счастье-то, шепчу я, утирая сопли.
- Счастье, это когда тебе наливают, - назидательно произносит Павлик и хищно всасывает уху… «Уяй!»
- Понял, не дурак. По пятьдесят…
- Бабам этого не понять, - почему-то вдруг заявляет Антоха.
- Не, не понять, - соглашается Павлик.
Я ничего не говорю. Я разливаю «лялю».
Костер щелкает своими страстными испанскими кастаньетами. Сто пятьдесят граммов нежно массируют виски. Ровное, как высшая справедливость, тепло разливается по всему телу. Я жмурюсь и шепчу: «жампета»… Мы пьем чай и идем спать.
На следующее утро я проснулся рано. Павлик с Антохой еще дрыхли. Антоха беззвучно, а Павлик полунасапывал-полунахрапывал. Получалось у него примерно так: «хряяя-фсёёё…», «хряяя-фсёёё…».
Солнце только-только встало. Сидит, как на колу, на елке на противоположном берегу. Прохладно, кругом роса. Птицы беснуются. В солнечной воде – мерцающей то золотом, то зеленью – косяки малька.
Я хлебнул вчерашней холодной заварки, пахнущей мокрой вишневой корой, взял удочку, прошел метров двести по берегу.
Тут где-то должен быть очень удобный пенек прямо у воды, у коричневой от йодистой воды впадины. А рядом должна быть большая песчаная отмель.
Вот он пенек. Сел. Забросил удочку. Сижу.
Просидел минут десять. Вдруг сзади слышу голос. Женский:
- Здравствуйте. Как клев?
Я обернулся и слегка вздрогнул. У меня за спиной стояла весьма пожилая женщина, очень-очень похожая на мою бабушку. Просто один в один. Только эта бабушка была с ног до головы в рыбацкой амуниции и со спиннингом за плечом. Сочная бабуля.
- Здравствуйте. Пока никак.
- На червя?
- Ну да.
- Тут мотыль лучше идет. Прикармливали?
- Нет, как-то не успели…
- Зря. А я тут пшенки вчера присыпала. Пескарь попер!.. Сил нет. Там у меня за осокой донка, а еще дальше… вон… у ивы – телевизор. А дальше еще одна закидушка.
- Ух ты! Так ведь телевизоры вроде запрещены…
- Ерунда. Тут, на Р., сетевиков местных больше, чем рыбы. А мы, донщики-экранщики, аккуратно ловим. Что там у нас? Весь экран – полтора метра на полтора. И никакого браконьерства. Можно я тут пока спиннинг покидаю?
- Да конечно-конечно.
- Как раз вот сейчас, в самом середыше августа щука-то заматерела и на спиннинг хорошо ведется. Приезжайте сюда в сентябре, тут и жереха добудете. Глядите, молодой человек, какая у меня классная катушка…
Она с гордостью показала мне катушку своего спиннинга. У нее было такое выражение лица, какое было у моего сына, когда он показал мне свой пластмассовый мерседес, который подарила ему бабушка.
- Безэнерционная, швейцарская! – в голосе безоговорочное торжество.
- Ух ты! – восхитился я, хотя в спиннингах разбираюсь, как марал в финиках.
- А блесна – глядите – вертушка «Меппс».
- Ух ты!
- А у вас клюет.
От неожиданности я тупо рванул удочку без подсечки. Очень хороший лещ, грамм на триста сорвался и, словно не торопясь, хвостом вниз, как бы солдатиком, ушел в воду почти без брызг. Мне показалось, что этот лещ на прощание мне презрительно улыбнулся.
- Жаль, - безо всякого сожаления сказала бабуля. – Леща, молодой человек, надо вываживать. У него поклевка долгая. Чем дольше поклевка, тем тоньше вываживание.
- Угу.
Что такое «поклевка» я, конечно, могу догадаться. А вот «вываживать»…
- Ну ничего. Еще не вечер, - сказала бабуля, вышла на песок и лихо, глубоко профессионально, метнула спиннинг.
- Вон он как играет!..
Что такое «играет»?..
И тут я снова вздрогнул.
Бодро вертя спиннинг, бабуля совершенно отчетливо замурлыкала себе под нос на какой-то свой, не очень стройный, но очень жизнеутверждающий мотив:
- Вновь наступит осень, зацветет капуста…
Я остолбенел. «Зацветет». Вот тебе и «выросли цветы»…
- … будет очень-очень сильным наше чувство… О! Берет!..
Я не успел даже очухаться. На песке билась оливковая полуметровая щука с апельсиновыми плавниками.
- Жампета, - сказал я тихо самому себе.
Бабуля железными пальцами впилась рыбе под жабры, за секунду вынула крюк из ее отвратительной крокодиловой пасти, метнула щуку в ведро и закрыла крышку.
- Вновь наступит осень, зацветет капуста… Ладно. Пойду проверю донки. Хорошего вам улова, молодой человек.
- Спасибо. И вам того же.
Я еще долго сидел и думал. О чем? Бог его знает. Обо всем сразу. О цветах, капусте, жампете, бабушке-рыбачке, катушке «Меппс»…
А впереди был долгий летний день, а потом вечер со сладостной ухой, а потом – ночь со звездами. Павлик будет насапывать свое фирменное «хряяя-фсёёё».
Затем опять будет утро с росой. И цветы будут вечно расти, и капуста зацветать круглый год.
И мне совсем не стыдно за весь этот сентиментальный дешевый пафос.
Большой вам всем и счастливой осенней жампеты!

Posted by at        
« Туды | Навигация | Сюды »






Советуем так же посмотреть

Комментарии
пыш-пыш
04.09.15 15:00

Унылейшее говнище. Автор - ебучий графоман с претензией на сложножопость.

 
Чапаев
04.09.15 15:36
"пыш-пыш" писал:
Унылейшее говнище. Автор - ебучий графоман с претензией на сложножопость.
а то кто выложил пидарстический педораз
 
лще
08.09.15 07:14

можно не читать. высер графоманский.

 


Последние посты:

Девушка дня
Итоги дня
4 причины, почему мужчины уходят от тебя
Реальные новостные заголовки из реальных СМИ. Топ 2017.
Следите за детьми!
На форумах молодых мам
Только после свадьбы
Горько!
Козел! Опять пришел!
Мгновенная карма. Лучшее за год


Случайные посты:

Идеальная Олимпиада по-американски
Типичные будни России
Эх ты, бездельник
Дорогой, я просто пошла в клуб потанцевать
Victoria's Secret Fashion Show в Шанхае
Всё есть, да не про вашу честь!
Лёха и планшет
Девушки из Рязанского высшего воздушно-десантного командного училища
Хлебом не кормите, дайте поуправлять
И опыт, сын ошибок