Фойе кинотеатра.
В ожидании начала сеанса народ густо облепил мягкие красные диваны.
Напротив меня устроилась необычная парочка. Если бы они не целовались, то вполне сошли бы за мать с сыном. Ему не больше тридцати, а ей, скорей всего, под пятьдесят. И не то чтобы они целовались, нет, скорее, они целовались словами – шептали друг другу на ушко какие-то приятности, заставляющие улыбаться и искать глаза собеседника.
Черт его знает, ну, что он в ней нашел? Мужик видный, крупный, а она, она обычная увядающая тетка, ничего выдающегося, а судя по мелким деталям, даже и не миллионерша.
Но ведь как нежно он на нее смотрит. Бывает же.
Бабушка, сидящая рядом со мной, начала громко охать и картинно оглядываться по сторонам, чтобы привлечь внимание публики к этой душераздирающей картине. Не привлекла и предприняла единоличную атаку на странную влюбленную парочку:
- Фу, как не стыдно? Лет-то ведь уже не мало. На молоденького потянуло? Да?
А ты? Что, вокруг ни одной нормальной девушки не нашлось? Позорище! Она же тебе в матери годится!
Влюбленные переглянулись, хихикнули и женщина ответила:
- Был такой писатель - Короленко, так вот он сказал, что человек создан для счастья, как птица для полета. Для счастья, понимаете? Для счастья. А вот вам, сударыня, самой-то не обидно, что вы были созданы всего лишь для того, чтобы родиться, сделать нам замечание и умереть?
Старуха громко засопела, размышляя – как бы получше ответить, но тут открылись двери, всем стало не до нее и публика повалила в зал.
А я начал понимать – «что же он в ней нашел...»
