Бросились тут в Сети все постить свои фотычки и просто букафки про девяностые годы. Почти как в песне: бойцы вспоминают минувшие дни, где вместе, когда рубились они. Внесу и я свои пять копеек про то, уже страшно далекое время.
Год 1992. Место действия – Чита, тогда еще Читинская область.
Свели меня пути-дорожки в Витьком. Все его так и звали – Витек. Его жизненное кредо звучало следующим образом: Чего б такое делать, но так чтобы ничего не делать! И при этом чтобы деньги получать.
Не удивительно, что оказался вскоре Витек в стане продавцов коммерческих киосков. Если уж быть до конца точным – продавцом он только числился, а был ночным охранником. Время было неспокойное и на каждого ночного продавца в ларьке полагалось два охранника. Сидели они в ларечке больше для виду, для мебели так сказать.
Так как ларек стоял в самом центре Читы, проходимость там была очень неплохая. Место было прибыльное. Но речь сейчас не об этом.
Перед очередной ночной сменой приехал к Витьку его давешний кореш.
- Витек, - говорит, - подсоби. Тут пацанчика надо прессануть немножко. Съездим, минут на пять делов. Вместо мебели постоишь? Пиво с меня.
Когда речь заходила о халявном пиве, Витек был на все согласен.
Сели они в две тачилы, в общей сложности набралось с десяток крутых пацанчиков, и поехали к педовским общагам. Остановились у той, что расположена по улице Журавлева. Тут бы Витьку забеспокоиться, но эта общага у него ассоциировалась исключительно с симпотными студентками иняза и начфака. Мужское народонаселение этой общаги Витек в расчет как-то не брал. А зря…
Кроме девичьих факультетов, коими на протяжении всех времен считались иняз и начфак, обитали в этой общаге студенты рабфака (это те, кто с армии вернулся), военфака (тоже вчерашние армейцы) и спортфака (боксеры, борцы там всякие).
В смутные 90-е суровые студенты установили в общаге почти армейскую дисциплину. На входе кроме старушки вахтерши сидели еще и местные дневальные в количестве двух тел. В их задачи входил мониторинг всяк сюда входящего. Своих пропускали беспрепятственно, чужим ставили шлагбаум и провожали волшебным пендалем.
В тот раз, когда в общагу вломилось сразу десять неместных, один из дневальных, сразу же испарился в чреве общаги – понесся предупреждать своих. Второй принял неравный бой, но был быстро отпижжен десятью крутыми пацанчиками.
Витек был в восторге – вечер складывался как никогда хорошо и главное весело. Вся эта толпа одним прыжком залетела на третий этаж и направилась к искомой комнате, где обитал пацанчик, которого и надо было прессовать.
Но до искомой комнаты дойти не успели – на этаж с единственной лестницы влетела с ревом, с молотками, топорами, обрезками труб на этаж влетела сборная команда рабфака, военфака и спортфака…
Кто знаком с проектировкой студенческих общежитий, знает, что вход-выход там один. Десятку крутых пацанчиков предстояло выиграть битву, чтобы дойти до выхода-входа, либо умереть тут же.
Но умирать никто не хотел. Все, как и Витек, шли вместо мебели постоять, а тут такая запара. Пацанчики решили делать ноги, они бросились наутек в конец коридора и всей толпой влетели в на кухню. За секунду дверь была приперта стоявшими тут электроплитами. Вот только с той стороны дверь начали не просто выносить, а разбивать топорами.
Выход один – прыгать. Третий этаж?! Пока открывали окно, дверь разлетелась в щепки, за ними в разные стороны полетели и электроплиты. Тут уж было не до раздумий и пацанчики как горох посыпались вниз. Витек немножко замешкался и увидел топор, который должен был опуститься на его голову. Витек успел подставить руку. Благо били обухом. Второго удара топром Витек решил не дожидаться и чуть ли не рыбкой вылетел в окно. Приземлися, правда, Витек на ноги. Упал на холодный асфальт и хотел было немного перевести дух, но услышал, как из-за угла летит толпа озверевших студентов.
- Бля, пиздец, - услышал Витек чей-то душераздирающий вопль и помчался аки лань прочь от озверевших студентов.
Никогда в жизни Витек так быстро не бегал. Никогда Витек не брал с таким блеском барьеры в виде заборов и штакетника. Никогда Витек так умело не маскировался, сливаясь в темноте с цветочными клумбами, канализационными люками и кирпичными стенами. Никогда Витек ни до ни после так быстро и бесшумно не ползал по-пластунски под кустами и деревьями.
К спасительному комку Витек приплелся уже далеко за полночь. Страшно болела левая рука и правая нога. Выпив с огорчения бутылку паленой, а оттого дешевой, водки, он упал в стоявшее в ларьке кресло и проспал до утра.
По утряни ходить Витек уже не мог – нога опухла шопездец. Рентген подтвердил самые плохие предположения – перелом в двух местах. С рукой та же песня - перелом в двух местах.
- Вот ни хуя же себе вместо мебели постоял, - в сердцах сказал Витек и выйдя через месяц из больницы больше в ларек охранником не пошел, а записался в ряды милиции пошел, там ведь тоже что-то делают и в тоже время ничего не делают.
Сейчас Витек уже майор полиции. Но все тот же Витек.
