Зеркало




01 июня, 2009

Принцесса на горошине

Девушка, тонкая, нежная, прекрасная, лежала на полу. Над ней склонился королевский лейб-медик, а вся венценосная семья стояла вокруг, затаив дыхание. Кроме них и суетящегося над телом доктора, в комнате находились лишь самые приближенные к королевской фамилии люди: премьер-министр, старшая фрейлина, конюх, таксидермист, начальник тайной полиции, старший подаватель ночного горшка, виночерпий, шут, портной и палач.

Все они, за исключением палача и начальника тайного сыска, нервно тряслись и яростно перешептывались. Палач же аккуратно заплетал косичку из веревок для повешенья, а начальник тайного сыска по обыкновению своему читал доносы и что-то аккуратно записывал в маленькую чёрную книжечку.

— Всё, — устало сказал лейб-медик, вставая с пола. — Дохлый номер. Бесполезно.

— Это же пятая за неделю, — простонал король. — Никак нельзя? Есть же вроде методы... Молниями там, закалыванием жертвенных придворных... Стоять, кому сказал!!! ...ну, или пнуть ее куда-нибудь.

— Не, не пойдет. Этот экземпляр только в бетон и в фундамент нового крыла, к остальным трем дюжинам. Очень, каменщики говорят, способствует укреплению основ и добрососедских отношений.

— Не, ну одна, ну две! Даже дюжина — это еще ничего! Но у нас же их скоро складывать будет некуда! Да и соседи могут возмутиться — принцесс, конечно, много, но не настолько же. А выслушивать петиции, отклонять резолюции и плевать на послов у меня уже здоровье не то, я на пенсию хочу.

— Так вы на это глупое испытание с горошиной плюньте, Ваше Величество, плюньте. Каждый раз на перины тратиться, принцесс этих глупых спать укладывать, нервничать. Зачем?

— Э, брат. Это традиция. Традиции отменять нельзя. Народ не поймет. Я сам традиция и очень не люблю, когда меня отменяют. И потом — знаешь, сколько мне за рекламу производители гороха и перин башляют?

— Нет, Вашество. А сколько?

— Пойди сюда, — и король, привстав на цыпочки, что-то прошептал на ухо наклонившемуся к нему лейб-медику. Глаза у того округлились, и он недоверчиво посмотрел на короля. Король кивнул.

— Да, такую практику грех прекращать. А может, мы кого-нибудь казним? — с надеждой спросил лейб-медик. — Как правило — помогает.

— Милок? — подозрительно спросил король. — А как же клятва Гиппократа?

— Ой, да знаете, где я видел эту клятву, Вашество? Только в гробу. Причем не у себя, а у предыдущего лейб-медика. Которого вы, Вашество, изволили казнить. А я мясник, с Правобережного рынка. И клятв никаких не давал. Профессию вот смежную в моем возрасте осваивать тяжело. Но чем дальше, тем больше я прихожу к конструктивному выводу о том, что лучшее средство от всех болезней — это ампутация. Так что справляюсь.

— А может, все-таки молнией? — просительно протянул король. Лейб-медик сурово на него посмотрел и ткнул пальцем в придворных. Те было встрепенулись, но уже через минуту их, связанных, спотыкающихся, с мешками на головах, выводили через секретный ход под руководством начальника тайного сыска, а к хвосту процессии присоединился палач, на ходу распутывая косичку висельных веревок.

— Да, всюду заговор. Нигде нельзя спокойно вздохнуть. Пошли, сынок, — обернулся король к апатично стоявшему до сих пор принцу. — И вы, матушка, присоединяйтесь к нам, — сказал он королеве.

— Так вы говорите, тотализатор и прямые трансляции? Недурно, недурно, я бы даже сказал, похвально. Сам бы я не додумался. А не хотите должность министра финансов? Или того лучше — премьер-министра. Через пару минут обе эти должности станут вакантными, а я не знаю никого, кто бы подошел на эти места лучше вас. Лейб-медика-то я найду, а вот с умными людьми — это проблема. Не выживают они во дворцах. Их слишком быстро травят. А вы человек бывалый. Авось протянете полгода, а то и год! — король всё дальше уводил лейб-медика по коридору, за ними уныло брел принц.

Когда они скрылись в темноте, королева подошла к кровати. Она порылась под сотней перин, вытащила из-под них горошину и положила ее в маленькую, украшенную драгоценностями коробочку. На черной эмали брильянтами был выложен череп. «Никто не заберет у меня моего милого мальчика!» — думала королева, прижимая коробочку к груди. «Ни одна высокородная мерзавка! Мой сынок, моя кровинушка! Он останется дома! И плевать на всех!» Королева собралась выйти, затем оглянулась и посмотрела на тело принцессы, покрытое синяками. «И всё же, — подумала она. — Какая неприятная смерть. Умереть от горошины», — и вышла из комнаты.

Голубые глаза принцессы безучастно смотрели в потолок. Вскоре над телом закружилась первая муха.

Posted by at        
« Туды | Навигация | Сюды »






Советуем так же посмотреть

Комментарии
Hans
01.06.09 16:06

паибень

 
NVS, region 66
01.06.09 16:06

 
Мутный Змей
01.06.09 16:15

Ъ

 
Тезка
01.06.09 16:42

Блять, Вове все хуже и хуже.

 


Последние посты:

Девушка дня
Итоги дня
Чуть до греха не довёл
На заметку парням
Мошенников все больше
Когда самодельная реклама лучше той, что по телеку
Сколько зарабатывает московский водитель Яндекс такси
Нативная реклама
Воля старших, наследство и любовь
Девушки, которым скучно на работе


Случайные посты:

Спа-процедура для студентов
Явление маркетолога в компании
Мстители, где ваши конечности?
Самые приятные симптомы смертельных заболеваний и психических расстройств
Анекдот
Секс в СССР был
Что можно сделать с детьми, пока они спят...
Рецепт настоящего счастья
День донора или у солдата выходной
Зеркало заднего вида