Зеркало




16 апреля, 2010

Про сериалы

В последнее время для борьбы с депрессией начал смотреть российские телесериалы. Не в том смысле, что я окончательно превратился в сорокалетнюю домохозяйку, рыдающую над несчастьями плейбоя Петрова, а в том смысле, что вот включаешь ты "Клан Сопрано" и впадаешь в ступор. "Господи, какая четкая, ясная, выверенная структура! Какая прогрессия конфликтов! Что за живые, метко схваченные характеры! А язык! Песня, а не язык! Мне так никогда в жизни не написать!" И начинаешь, натурально, плакать. Затем переключаешься на премьерных "Цыганок" и слезы как–то сами собой высыхают. "Господи, а я, оказывается, не самая большая бездарность в этой стране, есть и покруче. Да что там "есть", они не просто "есть", они пишут часовые драмы, идущие по центральному телевидению в прайм–тайм! Невероятно, господи! У меня блестящее будущее в этой индустрии идиотов!"

Ну, или не идиотов, а тонких интеллигентных людей с прекрасной эрудицией и богатым внутренним миром, которые, однако, не знают Страшный Буржуинский Секрет, самую их главную телевизионную тайну (про которую, кстати, умолчали и в сценарной мастерской, которую я посещал). "Каждая сцена — законченный драматический бит с конфликтом, в котором участвуют протагонист и антагонист с ясной мотивацией". Это, повторюсь, простейшее правило, азы азбуки сценариста, встречающиеся в каждой американской книжки про писание телесериалов. Человеческая жизнь состоит из конфликтов, смотреть на дружную семью вам надоест через пять минут, но заставьте ее членов ругаться между собой — и ваши зрители будут обсуждать 954–ую серию на лавочках у подъезда.

Первоклассные западные шоу, типа тех же "Сопрано", на 90% состоят из конфликтных сцен, их герои даже поссать сходить не могут, чтобы не столкнуться с враждебностью, предательством, давлением и клеветой.

Прекрасный пример из "Сопрано" — сцена встречи престарелого дяди Джуниора с его подругой юности. Это классическая сцена–вводка нового персонажа, когда нам сообщают информацию и представляют новое действующее лицо через диалог "А вот помнишь, дорогая, 20 лет назад мы…" Здесь нет места конфликту, оба персонажи рады видеть друг друга и их общение тонет в патоке ностальгии. Дрянной сценарист так бы и оставил этот диалог — старики неумело кокетничают друг с другом, заскучавший зритель чешет яйца и идет за пивом. Но сценарная команда "Сопрано" поместила сцену встречи в госпиталь — и Джуниор, и его подруга сидят в инвалидных колясках, согласно правилам госпиталя. Джуниор, увидев свою бывшую любовь, не хочет показаться перед ней беспомощным стариком (мотивация!) и встает со своей коляски, начиная речь–вводку информации. Медсестра его прерывает: "Сядьте обратно, вставать запрещено правилами!" (медсестра выполняет свой служебный долг — мотивация!), Джуниор ее грубо обрывает, и в сцене милого щебетания стариков возникает фоновый конфликт. Кончается все появлением здоровенного негра–медбрата, который, оборвав стариковскую беседу, заставляет Джуниора забраться обратно в коляску — таким образом, появившийся в начале сцены конфликт логично развивается (отбритая грубостью Джуниора медсестра уходит за подмогой), достигает кульминации (Джуниор и негр играют в гляделки, кто кого пересмотрит — старый мафиози или молодой здоровяк?) и благополучно разрешается (мафиози решает не рисковать, признавая свое поражение и возвращаясь в коляску). Все это, повторюсь, на фоне беседы–вводки нового персонажа, которая из скучной выдачи фактов (знакомы, любили, теплые чувства, все дела) превращается в захватывающее зрелище. Как говорит Дмитрий Евгеньевич, "так работают Мастера".

Иное дело российское телемыло. Персонажи общаются друг с другом предельно вежливо, 90% времени нам показывают дружащих между собой джентльменов, обменивающихся монолитными блоками информации без какой–либо конфликтной поддержки (вы не поверите, но тут по–прежнему в ходу монологи злодея, точно так же, как и монологи следователя в "Обручальном кольце", например). Ссориться персонажи категорически не желают, они все христиане до мозга костей, которые не то, что наорать — просто перебить с ехидной ремаркой не могут. Если же конфликтовать все–таки приходится (ох, проклятая драматургия, а мы так хотели снимать про дружбу!), то персонажи становятся друг напротив друга, складывая руки на груди (Тони Сопрано, хватающий оппонентов за грудки? Раздавленный долгами владелец магазина, падающий в мольбе на колени? Плюющий под ноги Ричи? Забудьте, у нас в России все поголовно, включая уголовников, приличные люди с английский дворцовой сдержанностью) и с каменными лицами выдавая безэмоциональные монологи (как я уже говорил, перебивать в российских сериалах не принято). Если Тони Сопрано готов размазать соперника за подгнивший помидор, то российские чудики (я честно просмотрел несколько серий "Спального района", "Обручального кольца" и "Цыганок") ведут себя как героиновые наркоманы после курса реабилитации даже в те моменты, когда решается вся их судьба.

Это позор. Это ебаный позор. Нет конфликтов. Нет персонажей. Нет мотиваций. Есть лишь бесконечное молочнокислое гудение " — Я думаю, что это Сидоров совершил преступление, потому что, как вы уже знаете, в его квартире найдено письмо от Найденовой, которая, как вы помните, состояла с ним в любовной связи, которая, как вы не забыли, была прерваана из–за мужа Найденовой, Найденова Виктора Алексеевича 1970–го года рождения… — Отличное умозаключение! — Спасибо! Теперь, что касается случая Щавелева…", лишь по какому–то чудовищному недоразумению называемое телесериалом. Любопытно, что все три указанных мной, эм, сериала произведены тремя разными телестудиями с разными командами актеров и сценаристов — то есть, нельзя сказать, что я видел какое–то чудовищное исключение из правил, а на самом деле все хорошо и замечательно. Нет, на российском телевидении все плохо. Все очень плохо. Спустя 50 лет после появления формата сериала у нас до сих пор так и не выяснили, что персонажи ДОЛЖНЫ РУГАТЬСЯ. И это потрясающе. У меня, знаете, после этого все вопросы к Путину отпали — если даже условная интеллектуальная элита страны (сценарист — это классический рабочий умственного труда, интеллигент) не знает азов драматического искусства, которым как бы занимается, то что можно требовать от чиновников, ментов и депутатов? Какое Сколково, какие инновации и нанотехнологии? У НАС В ТЕЛЕВИЗОРЕ ДО СИХ ПОР ТЕЩА ЗЯТЮ СЛОВО ПОПЕРЕК СКАЗАТЬ БОИТСЯ. То есть, глядя на сценарный корпус, надо не ужасаться, а наоборот, радоваться, что в остальной стране люди еще не начали мычать, что еще есть кто–то, кто умеет водить машины, считать в уме ("Ваша сдача — два рубля") и подметать двор. Это чудо. Правда, это чудо. Наше Сколково — это президент, который умеет завязывать шнурки и сидеть прямо, я серьезно. А уж если он еще умеет писать, так это вообще нанотехнологический прорыв и цифровая революция — потому что на телевидении писать не умеют.

King_of_the_Dogs

Posted by at        
« Туды | Навигация | Сюды »






Советуем так же посмотреть

Комментарии
Квадрат
16.04.10 13:54

Сириалы ни сматрю, караля сабаг ни читаю!

 
Муха
16.04.10 13:57

лень честь это

 
Bobbik
16.04.10 14:08

King_of_the_Dogs да ну нахуй

 
Jean-Pierre
16.04.10 16:18

Толково и грамотно

 
AG
19.04.10 15:35

Очень много букаф. Сериалы смотрел. Некоторые полностью. Главное привыкнуть к героям - потом становится интересно. Русские сериалы не смотрел. И не собираюсь. Смотрел оригинал "Married With Children" - смешно. Пендосия 80х готов. Счастливы вместе после оригинала - отстой.

 


Последние посты:

Девушка дня
Итоги дня
4 причины, почему мужчины уходят от тебя
Реальные новостные заголовки из реальных СМИ. Топ 2017.
Следите за детьми!
На форумах молодых мам
Только после свадьбы
Горько!
Козел! Опять пришел!
Мгновенная карма. Лучшее за год


Случайные посты:

Подводная лодка для степей Украины
Маша с топором
Только после свадьбы
Способ сохранить семью
Маскарадный костюм на корпоратив
Правильная реклама пива
Объяснил по-русски
Извержение вулкана на Бали как повод для хорошей фоточки в инстаграм
Политический юмор
''Здоровая'' реклама