То утро с трудом отрывало от грусти,
А день был громаден и не по плечу,
И полон причуд и нелепых предчувствий
Был вечер. А ночь не спасала ничуть.
И первый апрель был далек и непрочен,
И свист снегирей был, как стон, - без прикрас,
И ночь расставляла в следах многоточий
Капканы коварства отточеных фраз.
И не было больно, ни даже обидно,
Но крик вырывался и рвался к лесам.
А дождь, по-весеннму любвеобильный,
Старался утешить, хоть плакал и сам.
