Две недели я пролежала в больнице и впечатления мои незабываемы. Мариинка – не худшее лечебное учреждение, а по качеству именно медицинского обслуживания – далеко не худшее. К однозначным недостаткам я бы отнесла отсутствие дверей на туалетных кабинках (до сих пор теряюсь в догадках – дорого? Есть опасность, что ты там запрешься и умрешь?) и то, что врачи не хотят объяснять тебе что, как и почему – впрочем, за 200 $ я бы тоже не стала.
БОльшее впечатления на меня произвело общение с пациентками. Я поняла смысл выражения «классовые различия». Представьте себе палату на девять коек, в гинекологическом отделении, где лежат, как правило, молодые женщины среднего достатка, образования и т.п. То есть, я получила возможность близко рассмотреть «простую русскую женщину», и понять, что это существо одного со мной биологического вида, но похожее на меня куда меньше, чем, например, мой муж, хотя, казалось бы, любые женщины должны быть ближе и понятнее любого мужчины.
ПРЖ (простая русская женщина) не приспособлена к жизни без зомбоящика. Она подсажена на него, как героинщик, ей честно плохо без «Камеди Клаба» («Аншлаг» для полных идиотов. Только не говорите мне что «Аншлаг» и так для идиотов. «Камеди Клаб» это передача для тех, кому «Аншлаг» кажется сложным). Она не может жить без ток-шоу. Её ломает без «Секса в большом городе». Ей искренне важно, что произошло в «Доме2». Мне никогда этого не понять – столь живо и искренне я могу интересоваться лишь проблемами своих близких. Мне насрать на то, что русские девушки выходят замуж за иностранцев – мне важно, за кого выйдут замуж Джарис, Свайа, Ежи, Айс – потому что мне хотелось бы чтобы они были счастливы. ПРЖ кажется что очень важно, за кого выйдет замуж участница риэлети шоу. Одна из моих соседок обмолвилась, что ящик у неё включен КРУГЛЫЕ СУТКИ – она не может без него заснуть. По спине у меня потек холодный пот.
ПРЖ, по-видимому, очень нежное существо. Из чего я это заключаю? Всем нам были назначены антибиотики в жопу. Довольно больно – но терпимо. Вылить себе на живот крутой кипяток или с размаху треснуться башкой об стену – гораздо больнее. Но после уколов каждая почитала своим долгом стонать, хромать, а кое-кто и плакать. На меня, с поведением в стилистике – «уколоться и забыть» - т.е. пойти заниматься своими делами, разве что машинально потирая задницу, смотрели косо.
Все ПРЖ – очень милосердные люди – им ПРАВДА не всё равно что Валерию бил муж, что Непомнюкакзовут вышла замуж за Какеготам - прочитанная в глянцевом журнале статья обсуждается час всей палатой.
Вообще, ПРЖ верует в глянец как правоверный в Коран – безоговорочно. Журнал «Космополитен» есмь руководство к действию. Они действительно полагают, что в отношениях между полами царит не любовь, и даже не честное «ты мне – я тебе», а повальный охмуреж, что главная задача бабы – это сделать из мужика зомби, при этом всячески угождая его нехитрым (менее чем у животного, потому что всякий зверь хочет не только есть – пить – ебаться, но и общаться и продолжать род) потребностям. Что главное в жизни – это рост метр семьдесят пять и объемы 90х60х90. Для коротышек предлагаются утешительные статьи – «Как перестать страдать из за маленького роста». Полным же нет пощады – только диеты и спорт – положи свою жизнь на алтарь тонкой талии. Я недоуменно чешу репу – всю-то свою жизнь полагала, что мой рост называется «рост Хариты» и гордилась тем, что нет на свете мужика не выглядящего на моем фоне огромным и страшным. Ан, надо было комплексовать.
Да, ещё женщина должна любить мягкие игрушки, а на работе заниматься служебным романом, маникюром, телефонными разговорами и всяческой компьютерной ерундой – только, упаси Бог, не работой. Если же работой – то это какая-то подозрительная женщина. Этот пассаж кажется мне особенно странным на фоне того, что «Космо» много времени уделяет именно статьям о работе – очень скучной, вроде бухгалтера или менеджера, но тратит.
Так же простая русская женщина почти непрерывно материться. Нет так как мы – когда инвективная лексика служит как бы приправой к речи, некоторым специфическим оборотом. Нет, простая русская женщина, видимо, не представляет себе, как можно говорить иначе. Мне было заявлено – хвала Аллаху, без претензии, что я говорю как по-писаному.
ПРЖ всё время ест. Перед сном, с утра, в обед, в ужин, перекусить между трапезами преимущественно хлеб – отчего становиться рыхлой и толстой – такое, знаете, некрепкое, студенистое тело почти у всех, кроме очень молодых и здоровых, где метаболизм справляется даже убойными дозами углеводов. В процессе непрерывно обсуждаются мужчины, семья и тряпки. Мне, опять таки, недоступно, зачем необходимо не лучшей подруге и не сексологу излагать все подробности своей личной жизни – к концу лечения я знала частоту сексуальных контактов каждой женщины в палате. Тряпки – розовые, пушистые, и однозначное осуждение любого пирсинга, радикальной окраски прядей и т.п. Это при том, что почти у каждой на руках не менее семи колец – это не считая обручального. Слава богу, никто не заметил двух моих серёжек в ухе.
ПРЖ – фашистка и гомофобка. Не менее часа было потрачено на обсуждение недостатков всех чужаков: «хачи» наглые, китайцы подозрительные, казахи тупые, корейцы ненормальные (собак едят), негры отвратительные и только и мечтают изнасиловать ПРЖ.. В качестве санитарок у нас работали две девочки, кажется, сёстры – обе с радикально короткими стрижками, очень худые – словом, андрогинные барышни. Главной развлекухой палаты было обсуждение того, кто из них «муж», а кто «жена» (хотя, по моему, если они лесбиянки, то видимо обе буч, и значит не друг с другом). При этом высказывалось явное отвращение, смешанное с болезненным интересом. А уж что сталось, когда пришла продавщица духов и одна из девушек сообщила, что предпочитает мужские…
Итогом сих скорбных наблюдений является то, что я поняла окончательно – мы всё ещё один вид, мы говорим на одном языке, но нам не суждено понять друг друга во веки веков, и не приведи судьба столкнуться на узкой дорожке, или быть вынужденными делить койку\ нары\ миску. И не надо лелеять сладкие мечты о том, что мы – какой либо значительный процент из «народа». Что из ста «первых встречных» хотя бы одни способен обсудить нечто утонченнее журнала «Лиза» или согласиться с нами при высказывании идей вроде «ничего плохого нет в том, что кто-то от нас отличается». Если этот народ снова устроит революцию, нас снова перевешают на фонарях. Ну, или мы их.
(c) skeily_ramires
