Я – Анастасия Волочкова,
Папа мой – Порфирий Волочков,
Жизнь моя сложилась бестолково:
Я влюбляюсь только в мудаков
Это – в смысле, я влюбляюсь телом.
Потому, что сердцем и душой
Я люблю своё по жизни дело,
В смысле, сцену и театр Большой
Так, о чём я это говорила?
А, так этих самых… мужиков
Я сперва как норок разводила!
Что на них, смотреть, на мудаков?
Кто-то скажет: Настя, это грубо!
Это – как бы, телом торговать!
В губы целовать людей за шубы,
И ещё куда-то целовать!
Знаете, не надо придираться!
Я вам так, завистники скажу:
Мне зимою надо одеваться!
Что я, эту шубу, блядь, рожу?
И ещё скажу вам по секрету,
Пусть не будет недомолвок тут:
Всех артисток нашего балета
Режиссёры просто так ебут!
Лебедей, Жизель и Донну Анну –
И солисток, и кордебалет,
Как бы это ни казалось странным,
Всех ебут с четырнадцати лет.
Вы на сцене лица их видали?
Грустные, печальные глаза?
Вы бы знали, сколько их ебали!
Извините, у меня – слеза…
На хуй мне сдалось такое счастье?
Участь бедных худосочных дам?
Я себе давно сказала: Настя,
Ты – как хочешь, я за так – не дам!
Может, просто я других умнее,
Или, может, просто я горда,
Просто я бесплатно – не умею!
Не могу, не стану никогда!
Секс в Большом буквально всё решает
А иначе, я хочу спросить,
Кто бы мне сказал, что я – большая,
И меня, блядь, тяжело носить?
Понабрали всяких цискаридзе,
Педиков, в чём держится душа!
Плюнь и разотри, как говорится!
Волочкова им не хороша!
Да, банкиры иногда, бывает,
Говорят, что «Настю не поднять»,
Так они – на бабки намекают,
А не на красу мою и стать!
Это, блядь, запутанное дело,
Надо разобраться не спеша,
Не нужно моё Большому тело,
А банкирам не нужна душа
В общем, жизнь сложилась бестолково
Мир вокруг – жесток и бестолков.
Я – Анастасия Волочкова,
Папа мой – Порфирий Волочков.
