Сразу хочу сказать, што это - лирический рассказ. И грусный. Впринцыпе, как и все астальные, мои лирические и грусные рассказы. Так што если кто захочет паплакать, то валяйте, плачте и не стесняйтесь сослужывцев, соседей по камере, или работяг в рабочей бытофке, или где вы там сидите. Вот.
Адин раз я решыл устроицца на работу. Туда сюда сходил, блять, нигде нетребуюцца умные абразованные интилегентные люди без вредных превычег, без вышшева образования и опыта работы. Тагда я плюнул, закурил, шарахнул жигулевскова и пашол в СМУ. А там барышня в атделе кадроф, такая, сразу, бирем. Электриком пятого разряда, о как!
Вабще, я эликтричества баюсь и вабще апасаюсь всяких механизмов, патамушто меня в детстве чуть непереехала баржа, када я пытался переплыть реку Дон, а патом, када меня вытянули на берег и откачали, меня сразу укусила оса и паэтому насекомых я тоже апасаюсь, и ещо, блять, змей. Змей вабще ссу пиздецки, но щас необэтом.
Карочи, дает мне эта тетька бумашку для прохождения медкамисии, или медасмотра, вобщим к врачам, ну вы панимаете. И там список этих врачей, агромный просто. Все специалисты какие только есть. Кроме мамолога. Штоб их всех навестить нужно месяц наверно шараебицца по палеклинике, и то я самниваюсь.
Ну хуле, раз плечи раззуделись по работе, пашол к докторам, хотя я доктаров тоже недалюбливаю, мне когда грыжу вырезали я там такова насматрелся, званок-2 сасет, но мы щас необэтом.
Пришол, карочи, стою в регистратуру, а рядом травматологический кабинет, и там, над этим кабинетом, тусуют всякие занимательные личности с паломаными нагами, руками, головами и прочими паврежденными органами. А у меня там друг как раз работал, Толег. И я думаю, нахуя вот это, ноги бить по кабинетам, опять же инфекцыя кругом, клещ энцефалитный недремлет пидораз такой. Растолкал я симулянтов и в кабинет прошол. А там Толян какойто падруге укол в булку делает, сасридаточеный и серьезный, и я штоб разрядить абстанофку как закричу, типа, от жопка какая славная! И такой, гагагагага - демонически зарыготал согласно моменту.
Толик канешно хороший парень, но недалекий и юмара непанимает. И ево пацыентка тоже какаято агрессивная, начала на меня кричать и выпихивать. Ну чо с нее возьмеш, больная ведь. А Толик ничиво несказал, просто держал шприц с пагнутой иголкой и грустил. Я ево патом ещо спросил, как он такой иголкой людей колет, а он сказал, што это изза меня она погнулась. Ну да. Я как тот лысый мальчег в матрице - лошки нет.
Карочи он мне дал наводку. Всмысле намекнул куда обратицца, на водку у меня были свои. Там у одной медсестры было чота вроде днюхи, и надо было притащить ей шампанскава и пару шекаладок, какбы для поддержания беседы и заодно подкупа должносного лица.
Я канешно метнулся в чипок, взял две на березовых бруньках и одну шеколадку. Просто по опыту извесно, што адин пузырь и две шекаладки приводят к тому, што вы в итоге тупо зырите на пустую бутылку и полторы шекаладки, такая дурная курятина, ага.
В кабинете было накурено. Я сказал, здрасте и пагремел пасудой. Два человека в белых халатах и с грудями обрадовались мне как радному и велели заходить.
Сначала я изложил суть дела, патом я узнал што им скучно, патом я сказал как меня завут, а патом, минут через пятнаццать, после третьей, мы закусили и принялись обсуждать дальнейшые планы. Планов было грамадьё, васнавном как им потихому сьебать с работы и продолжыть празнек в теплой дружественной абстановке, папрастому говоря – нарезацца в хлам и незабыть взять с собой Толяна.
Кстате, звали этих теток – Люся и Люся, это важно. Незнаю, пачиму важно, просто штоб вы были в курсе наверно, ага.
И вот мы с Люсями и с Толиком прокрались на выход и ебанули в разные стороны. Вернее, это я ебанул в разные стороны, а Люси мне закричали, типа, ты што, блять, а какже продолжение банкета, и што я такой сякой, хачу пахерить ихнюю славную кампанию кхуям. Пришлось вернуцца.
Штоже мы делали в гостях у иммениницы, а? играли в города, ага. И в манаполию. Хуй там, мы приняли ещщо.
Через некоторое время Толику позвонила жена и сказала, што щас она ево запеленгует, приедет и устроит ночь длинных ножей. А этот дурачок паверил и стреманул дамой, причом с балкона было видно, што на ногах он стоял нетвердо, двигался рывками и добрацца дамой мог только к абеду следующева дня.
Мы ещо пасидели, папездели, выпили и когда я уже решыл , што пара закругляцца, Люськи стали синхронно перемигивацца и одна из них заявила, што ей пазарез нужно в библиотеку, невзирая на то што уже адинаццать часов вечера. Надо и неебет.
Мы остались вдваем.
Я вам па сикрету скажу адну вещь. Не ржыте, патамушто рассказ всетаки грусный и вабще.
Иммениница была очень пахожа на Монику Белуччи, да. Днем она не очень была пахожа, а к ночи стала просто вылитая. Адним словом – полтергейст. А ещо она стала расчехляцца, включила музыку вот эту, знаете – джимиджимиждими ача ача ача, джимиджимиждими ача ача ача, тыдыдым тыдыдым тыдыдымтым тымтымтыыыыым… и я тоже снял рубашку и расстегнул штаны.
Моника пасматрела на мой хуй и сказала, ух ты какая миленькая писечка, а я пасматрел на ее писечку и падумал, госпади исусе, ну и пизда.
Тут она вырубилась и упала прямо на стол. А чего я сделал я непомню.
Утром я проснулся от того, што гдето хлопнула входная дверь и ктото обрушил вешалку в каридоре. Я сидел за столом, передомной, раскинув мясистые ляхи, лежала какая то дама, а между ляхами стояла бутылка, рюмка, салонка и всякие обьедки. Тьфу бля. Ещо лежал огурец.
Зеленый Толиг аперся о дверной касяк и простонал, -пахмелицца есть?
Я налил в рюмку, выпил и сказал, -есть. А патом взял огурец, ткнул его в салонку и спросил, -будеш? А Толяну почудилось, што я ткнул савсем не в салонку и он испортил палас.
А электриком я работать непашол, пашол мантажником, патамушто высоты я не так баюсь как электричества, хотя высоту тоже неочень, я в детстве прыгнул с абрыва в полноводную речку Кубань, а там камару по яйца и опять попал к докторам. А доктаров я как то… ну вы знаете.
