Зеркало




14 апреля, 2011

В гостях

Весенний вечер навалился так неожиданно, что даже собаки перестали на меня лаять. Так бывает всегда, когда бредёшь с блядок, а на душе камни перекатываются. В частном секторе нет чего-то особого или там из ряда вон…
Всё как миллион лет назад. Грунтовая дорожка, крапива, полынь, собаки и дымком пахнет.
Но сейчас я был в бегах, потому то и дым был другим, и крапива саблями хлестала по рукам. Но собаки всё же не лаяли. Они видимо понимали, каково бывает беглецам, обвиняемым в непристойном поведении на остановке (подумаешь, поссал за деревом). Они всё понимали, а выть хотелось мне.
Я поспешил покинуть это место. Чёртов капитализм. При его молчаливом согласии люди превращаются в блевотную грязь с правом выслуги княжеского титула.
И вот я в городе. Зажглись первые фонарики и милицейские «бобики» вальяжно передвигались по закоулкам спальных районов. Люди светлыми тенями мелькали как кукурузные хлопья в поисках добра и упокоения.
А я не знал, что делать и как быть. Вечер только начинался, но я уже потерял желание и приобрёл тоску. Бывают такие моменты, что всё похуй, включая налоговую декларацию.
Наконец, я подошёл к серой многоэтажке в, которой всего один подъезд.

Там на первом этаже, в зашторенной квартирке обитали знакомые проститутки, которым я подгонял клиентов по «сети».
В одном окне мерцал слабый огонёк вроде бы как от свечи. Что за нахуй? Отпевают кого? Надо проверить.
С появлением цели жизнь меняется. Тебе хочется творить или разрушать (в зависимости от цели). Я же просто постучал по подоконнику как в испанских новеллах.
Полог приоткрылся, и загорелая мордашка новенькой хохлушки Кати проявилась за пыльным стеклом.
- Хуле шифруетесь, открывайте – негромко сказал я стеклу.
Шторка закрылась, я пошёл к подъезду.

В квартирке было уютно, пахло свежим мылом и жареным мясом. На крохотной кухне был накрыт стол, а вокруг сидели Ната, Марго, Ольга и Зухра. Все были пьяны словно на 1-е Мая.
Катька поставила новый стул, и я сел с покрасневшим лицом перед продажными телами.
- Bespyatkin, охуеть, давно не виделись, ёбни водочки – весело крикнула Зухра.
- Наливай, хуле – ответил я.
Вся компания сидела в одежде разнообразной, включая полное её отсутствие. Такой семейный праздничек. Марго не хотела быть даже в купальнике. Остальные прикрылись всяким.
- Али я не к-к-красава? – нетвёрдо спрашивала меня Марго.
- Заипцом так, Марго, бля, где вы водку такую берёте? – поинтересовался я.
- Олька с «выезда» спиздила, хорошая? – сообщила узкоглазая «мамка».
- Прелесть! – ответил я, и сам налил стопочку.
- А почему ты такой грязный, Bespyatkin? – поинтересовалась Ольга.
- Менты, бега, частный сектор – ответил я, проглатывая напитки.
- Когда ж ты угомонишься, ведь интеллигентный человек, песни пишешь, на гитаре играешь – заныла Ольга, поглаживая меня по голове как первоклассника.
- Если б не бухал, был бы президентом, а так одна дорога в кювет, как и нам – уныло в стол прошептала Ната, за что получила подзатыльник от Зухры.

Ната была самой старшей в этой группе.
Когда-то она преподавала в школе биологию, но пестики и тычинки не вписались в её жизненный уклад, и по совету одного физрука, она взялась за «подработку».
Потом её приютила деловая узбечка и давала заказы на половую деятельность безо всякой теории.

С Зухрой мы знакомы давно.
Ещё года три назад, в каком-то южном поезде мы попали в одно купе, и я предложил ей пива.
Она искала новую жизнь, я ж прожигал старую. В этой точке мы встретились, и я рассказал ей о своём городе.
У Зухры была одна важная черта – она умела делать выводы. Понимая, что заработать на общественных работах невозможно, она интересовалась работами околообщественными. И о них я тоже рассказал ей.
Потом я вышел на своей станции, а она покатила в столицу. Мы обменялись телефонами.
Буквально через три месяца она позвонила мне охрипшим голосом и просто сказала – «Bespyatkin, я еду к вам, иначе мне пиздец, встретишь?».
Я встретил её на вокзале, помятую и с разбитой губой. Мы не о чём не говорили, я просто привел её во временно пустующую квартиру, одного моего знакомого, укатившего в Италию.
- Живи Зухра и поправляйся, а что делать потом решим – сказал я тогда.
Но она сама уже давно всё решила, я только помог с «пропиской» и временно оплачивал съём хаты.
Короче, сидя сейчас в компании, отдыхающих проституток я понимал, что в мире всё как-то по правильному перепутано.

Ольга после «выпускного» решила стать взрослой и нашла какого-то ди-джея Брута.
Ну, скажите пожалуйста, что может дать молодой девушке какой то там ди-джей, да ещё с таким «погонялом»? Пару дисков и наушники?
Любви при капитализме нет. И потому кругом такое пиздоблядство. Все ищут «спонсора».
Но «спонсоры» на остановках не валяются, они там, в «Лексусах» иль где они ещё?
Ольга попала в киоск с общечеловеческими ценностями и там была ебома владельцем этого киоска.
Потом появился человек, который разве что сам не дрючил того владельца. Он оценил Олькины возможности и относительную свежесть. Так она попала к Зухре.

Марго надоело учиться на финансиста и она бросила институт. Родакам в деревне она не сказала об этом и продолжала слать письма с денежными просьбами. Предки начали понимать, что учиться на финансиста – это брать деньги без отдачи. Причём регулярно и нагло. Поступления были урезаны, и на горизонте опять появилась Зухра.
Теперь открытая телом Марго сама иногда посылала родителям денежку и те, наконец-то уверовали, что их дочь с отличием окончила ВУЗ.

- Ну что, девки, споём про Любовь? - взвыла Ната.
- Bespyatkin, подыграй большевик ты наш – добавила Ольга.
Катька метнулась в темную комнату и с шумом приволокла мою старую гитару, битую судьбой и растроганными клиентами.

Когда, любовь придёт, не знаю
Пройдут дожди, сойдут снега
Но ты мне улица родная
И в непогоду дорога-а-а-а…
Но ты мне улица родная
И в непогоду дорога…

Мы пели старую песню нестройным, но единым хором, и слезы Наты обильно текли в тарелку со свиными отбивными.
Весь мирок, сгустившийся в этой крошечной кухне с одной батареей парового отопления, был светел и чист, как выстрел крейсера Авроры.
Мы выводили волшебные слова и пробовали вторые голоса. И это походило на таинство вселенского счастья, открытие крустозина иль там вознесение в Валгаллу.
А, скорее всего на Тайную вечерю это походило. Я чувствовал, что предательство неизбежно, так хоть пожрать…
Потом зазвонил телефон. Зухра злобно схватила трубку и грубо сказала – «Дежурный по роте…». Потом она повесила трубку.
Мы снова налили водки, и пили каждый за своё. Я за побег, а проститутки…
А пёс их знает за что они пили, но уж точно не за «Кремниевую Долину» в Сколково.

© Bespyatkin

Posted by at        
« Туды | Навигация | Сюды »






Советуем так же посмотреть

Комментарии
Клоп
14.04.11 10:07

Беспяткин

 
Vasiliy
14.04.11 10:15

Однако.
Вроде как и позитив, и в то же время безысходность какая-то... Эххх...

 
Чапаев
14.04.11 10:32

безысходность во всем. и не только у проституток из креоса. у остальных тоже.

 
etoja
14.04.11 10:35

сантименты и пьяные сопли блядей(((

 
Jonny
14.04.11 13:47

Хуйня какая-то

 


Последние посты:

Девушка дня
Итоги дня
4 причины, почему мужчины уходят от тебя
Реальные новостные заголовки из реальных СМИ. Топ 2017.
Следите за детьми!
На форумах молодых мам
Только после свадьбы
Горько!
Козел! Опять пришел!
Мгновенная карма. Лучшее за год


Случайные посты:

Накачали!
Политический юмор
Ностальгия по СССР
Пишите письма...
5 самых мерзких серийных убийц в истории
Домашний тёплый ламповый стриптиз
Виртуальные очки - ожидание - реальность
Собеседование — режем без ножа
Мгновенная карма. Лучшее за год
Секс-хайп